Есть ритм у Вселенной,
в ней всё идеально,
и даже течение рек.
Но мы понимаем,
что важность признанья
уходит в оплаченный чек.

Мы часть сего ритма,
но думаем всё же,
что есть перегибы в судьбе.
А волны восторженно
молятся Богу
за то, чтоб был смысл на Земле.

В ней есть интеллект,
как дыхание жизни,
и есть разуменье пути.
А мы, распрощавшись
с величием веры,
уходим за грани: «Пади!»

Всё совершенно:
лосось на нерест,
идущий с воли Творца,
паук, что плетёт паутинки
на ветках,
и даже строение чудо-дворца.

Какое стремление мысли к просторам!
Какой разворот по оси всех систем!
Ведёт нас по жизни к источнику света,
где есть совершенный и точный Модем.

Все знают, что делать,
все ведают смыслы,
но человек не таков.
Он выстроил крепость
и сам потерялся,
забыв все истоки Основ.

Но, как я думаю, всё намного проще и понятней.
Вот он, клоп — представитель параллельного мира, а также живность всякая: птицы, деревья, травы, цветы, насекомые и речные обитатели — огромные миры.
Каждый живёт своей жизнью (из флоры и фауны) в нашей общей Вселенной (на данном этапе это город) и огромной Вселенной — планете и мега Вселенной — космос.
Мы видим друг друга так, как суждено. Живность осторожничает, сторонится людей (не всегда, иногда они приходят к людям).
Мы не можем знать, о чём…
… показать весь текст …

Я была на Оби, на сибирской реке,
Там красивый ландшафт и следы на песке:
Следы ласки, ондатры и птичьи следы,
Там теченье времён и, конечно, мечты.

Тридцать три миллиона той славной реке,
И текут её воды порой в тишине…
Там паромы и баржи — рабочий процесс,
И мой самый красивый к реке интерес.

Рыбы в речке красивой и длинной не счесть!
Щука, хариус, сиг и судак даже есть,
Есть кумжа, нельма, лещ, омуль, пелядь, тугун —
Ты поймаешь, конечно, коль в жизни везун.
… показать весь текст …

Реконструкция века — платформа земли.
В руслах рек ещё плещется омуль, пикайя.
А фактура на выкуп прощальной любви
вся помята и, в общем, уже никакая.
У животного царства свой смысл бытия:
им не светит фонарь в парке Пушкина, Саши,
и не трогает их про алмазы статья,
и проценты на скидки тупой распродажи.

Вертикальные скалы ушли в облака,
там ночуют смолистые кедры и ели.
А девонский период ушёл за пока
и качается там у весны в колыбели.
… показать весь текст …

Нашпигованный гречкой и луком осётр украшал стол любителей дикой рыбалки, а по долам Вселенной бродил белый гном и скакал иногда на цветочной скакалке.

Обращая свой лик на Антарес, он дышал через раз, бормоча: «Альфа, Сириус, Вега», и, упав на колени на голую твердь, лишь душою шептал: «Что же будет, Омега?»

С искривлённой спиной появлялся скелет и рычал, изрыгая лавиной столетья, а потом хохотал так, что дрожал небосвод, образуя по кругу распорки бессмертья.

За столами — привычная доза судьбы, с чаркой водки кривлялась, с техническим людом, забегая вперёд, чтобы жизнь обрести, удивляясь бегущим по небу этюдам.

Альфы нет, есть извечная Мера Омеги, возрождённая в недрах земли для утехи царей, а снежинки — они же единое, целое снега, как и песнь на рассвете красивых лесных глухарей.

Нитью тонкой, незримой, защитный пунктир потянулся к планетам, смыкая процессы, чтобы были живыми стремленье и смысл, и отпали ненужные в жизни абсцессы.

Кемерово. 2 июня 2015 г.

У голубой реки, где зелень пышно цвела,
Мы наблюдали, как вдали, сквозь мглу,
Костры пастушьи, словно звезды, жгла
Ночная жизнь, вплетаясь в тишину.

Коней табун, как тени, вдалеке,
А ты, в ладони, нежно целовал.
Филин кричал, в ночной своей тоске,
Заяц мелькнул, и лис его догнал.

Лес не спал, он жил своей судьбой,
Гром разразился, словно гнев небес.
О чем мечтал я, о любви, о той,
Но мир зверей, их страсть, их дикий лес,
… показать весь текст …