Тёмное зимнее утро, самое время спрятаться от снежной хмари под пуховым одеялом. Коварное одеяло, оно так крепко обнимает меня, манит в сон, прижимает к теплой постели.
—Даша, вставай! Просыпайся срочно. Пора заряжаться. Сейчас начнётся. Вставай быстренько. Всё пропустим! — слышу я бабушкин голос.
Баба Маша. Уникальная женщина. Она была неутомима в своём стремлении оздоровить себя, а так же всё живое и полудохлое в радиусе своей семьи.
По счастливой случайности и стечению роковых обстоятельств, меня определили в категорию полудохлых, а это означало одно — ребенка надо было лечить 24/7.
В ход шло всё от аспирина и касторки, до знахарей, гадалок и Кашпировского с Чумаком. И всё бы ничего, но к бабушке в Искитим меня отправляли на каникулах. А это означало только одно — времени на то, чтобы сделать из меня человека было критически мало.
Баба Маша была человеком организованным, поэтому она не теряла ни минуты. Утром она заряжала воду, завтрак и меня у телевизора, в котором выразительно размахивал руками Алан Чумак.
В течении дня меня тоже активно оздоравливали. В ход шло всё, что было обведено красной ручкой в журнале Здоровье. И всё это я запивала той самой заряженной водой.
Сейчас я понимаю, что все эти сложные манипуляции были проявлением огромной любви и заботы. Но тогда мне просто хотелось спать, а не сидеть в трусах и майке напротив экрана в компании трехлитровой банки воды.
Время было такое. Тогда у телевизоров заряжала воду, кажется, вся страна. А по вечерам все заряжались жизненными перипетиями Рабыни Изауры, Санта Барбары и прочими заморскими страданиями.
Люди и сейчас заряжаются у телевизоров, только чем-то не тем. Честное слово, верните Сиси Кепвела, Просто Марию и Алана Чумака, вместо этого вот всего. Я уже и трехлитровку приготовила. Готова сесть в трусах и майке рядом с банкой и ждать чуда.
Чумака с Кашпировским кто-то помнит, вообще?