Сижу как-то в Анталии на пляже, а напротив меня — женщина, бюстгальтер сняла и так вот без него и сидит.

Я два дня терпел, а на третий говорю:
 — Чего это вы так вот с голыми этими сидите?

Она говорит:
 — Вам с голой грудью можно, а мне нельзя?

Я говорю:
 — Но мы, мужики, на пляже все с голой грудью.
 — Вот и я тоже, а вы что хотели?
 — Я, — говорю, — хочу, чтобы вы их прикрыли.

Она говорит:
 — А что, они у меня такие плохие?
 — Нет, — говорю, — просто они меня от моря отвлекают.

Она говорит:
 — Вы, мужчина, странный какой-то, это же топлес.
 — Какой, — говорю, — ещё топлес? Сняла бюстгальтер, а виноват какой-то топлес.

Она говорит:
 — Мужчина, вы что, только что с ветки слезли? Вон ещё женщины топлес сидят, и никто не возмущается.

Я говорю:
 — Тогда и всё остальное снимите.

Она говорит:
 — Ага. Размечтался.

В общем, умыла меня.

«Ладно», — думаю. На другой день прихожу на пляж, а она уже там лежит вместе со своим топлесом. Я рубашку снял, брюки снял, плавки снял, остался в одной белой кепке.

Она говорит:
 — Мужчина, вы чего?

Я говорю:
 — У меня сегодня топлес.

Она говорит:
 — Какой топлес? Это не топлес, это — голая задница.

Я говорю:
 — Вам можно, а мне нельзя?

Она говорит:
 — Я не голая, я в трусах.

Я говорю:
 — Я тоже в кепке. Хотите, ещё шлёпанцы надену?
 — При чём здесь шлёпанцы, если у вас всё остальное голое?
 — А что, — говорю, — я плохо выгляжу?

Она говорит:
 — Вы меня от моря отвлекаете.

Я говорю:
 — А вы не смотрите!

Она говорит:
 — Как же не смотреть, если это возмутительно. Почему вы в одной кепке?

Я говорю:
 — А почему вы раздетая?

Она говорит:
 — Для красоты. Вот я зимой разденусь перед мужчиной, и все увидят, какая у меня загорелая грудь.
 — Ага, — говорю, — А я, значит, должен всю зиму в темноте раздеваться?
 — Да вам-то всё равно.
 — Мне-то — да, а женщины обижаются.
 — На что обижаются?
 — На то, что не весь загорелый. Я в прошлом году перед одной разделся, она посмотрела и говорит: «Смотреть противно».
 — Может, она о чём-то другом?
 — Не было там ничего другого.
 — А чего же она так?
 — А потому, что незагорелый. Вот вам сейчас на меня смотреть противно?
 — Противно.
 — А чего же смотрите?
 — А интересно.
 — Ну вот, а когда загорю, вообще глаз не оторвёшь. Как от вашей груди.
 — А вас никто и не отрывает.

В общем, мы с ней уже пять лет вместе загораем. Она — с голой грудью, а я — в кепке. Но в одной постели.

У нас в стране вышел указ, дальнобойщики должны усыновить всех детей, которые они расплодили во всей России. Приходит дальнобойщик домой и говорит жене:
— ну что делать то, у нас своих 5 человек.
— А что ты, сидеть хочешь?
— нет.
— ну тогда езжай, ищи их, будем усыновлять!
Он поехал, месяц его не было, возвращается, 7 человек привозит, говорит:
— ну что, давай зови наших, будем знакомить, с моими!
— А звать не кого, всех разобрали!

9 м / 2014 г