Твои губы — два алых гранатовых лепестка,
в которых даже пчела не найдёт привычной сладости.
Я пил их однажды — и с тех пор мой язык помнит
только их пряный, почти горький мёд,

тот, что обжигает горло и заставляет сердце биться
в ритме твоего имени.
Твои ресницы — чёрные крылья полуночи,
которые никогда не опускаются до утра.
Я тонул в твоих глазах, и там, на самом дне,
увидел своё отражение — испуганное, счастливое, беззащитное.
Ты смотришь — и я становлюсь тем, кем всегда хотел быть.

Твоя душа — древняя восточная загадка,
в которой сплелись шелка, ладан, звон серебряных
браслетов и тишина пустыни.
В ней нет лжи, только чудо.
И всё это чудо — моё, пока я дышу.
С тобой я становлюсь мягче.
Раньше был холоден и свиреп, как зимний волк,
а теперь готов свернуть полмира, лишь бы увидеть,
как в твоих глазах зажигается весёлый огонёк.

Ты упала мне на голову, словно снег в октябре —
неожиданно, тихо, неумолимо.
И с того дня я болен тобой.
Против яда твоей нежности нет лекарства,
и я не хочу его искать.
Ты стала мне путеводной звездой в самой густой тьме.
Твои волосы на моей подушке, на полу,
на столе после ужина —
это уже не беспорядок, это мой новый порядок мира.

Ты сведёшь меня с ума своей дикой,
почти звериной нежностью,
и я буду благодарить тебя за каждый миг этого безумия.
Ты поселилась в моём сердце, в моём
разуме, в моей квартире.
Тебе плевать на мой статус, на мои
достижения, на то, кем я был до тебя.

Ты не лучше и не хуже других женщин этой планеты —
ты просто та, которую мне предначертали небеса или ад,
неважно. Я принял бы тебя из любого места.
Ради одного твоего тёплого поцелуя
на перроне
я куплю билет на последний поезд,
пробегу через все преграды,
переплыву реки и перешагну через собственную гордость.

И буду гадать до самого конца:
ты свалилась мне с небес
или поднялась из преисподней
в одном чулке и с лукавой улыбкой?
С тобой утихают все душевные бури.
Как ты смотришь мне в глаза —
будто читаешь душу наизусть.
Как обвиваешь мою шею руками, будто
боишься, что я исчезну.

Как изящно врёшь, когда хочешь меня удивить.
Как роскошно куришь, выдыхая дым в потолок,
и как остервенело ревнуешь — так, что
даже весы в тебе сходят с ума.

Ты моя сумасшедшая, смешная, невозможная.
Я пропитан тобой насквозь.
Кожа моя будет помнить твои касания
даже через десятки лет.
Ты будешь со мной каждый день разной:
то нежной, как утренний свет,
то дерзкой, как летняя гроза,
то тихой, как снег за окном.
Пусть иногда ты нелогична.

Пусть ты меняешь настроения,
как ветер меняет направление.
Всё равно нет и не будет никого дороже тебя.
Нет ничего священнее этой связи —
той тонкой, огненной нити, что связала наши души.
Когда я закрываю глаза, я вижу только тебя.
Когда открываю — тоже только тебя.

Ты — моё начало и мой конец,
Мой самый сладкий грех и моё спасение,
Моя женщина, Моя девочка, Моя Вечная Тайна.
Я люблю тебя так, как не любил никого и никогда.
Люблю твои губы, твои ресницы, твою душу,
Твои волосы, разметавшиеся по подушке,
Твой смех, твои слёзы, твою ревность, твою нежность.

Люблю тебя всю — от кончиков пальцев до самой глубины сердца.
И если вдруг весь мир захочет отобрать тебя у меня —
я встану против него грудью, без страха и без сожаления.
Я буду сражаться за каждый твой вдох,
за каждый твой сонный вздох на моей груди,
за каждый взгляд, в котором тонет моя вселенная.

Потому что ты — не просто любимая.
Ты — моё самое сокровенное чудо,
Мой грех и Моё единственное спасение,
Моя девочка, Моя женщина, Моя Ведьма, Моя Вечная, Живая Жайна.
Я люблю тебя так яростно и так нежно,
как не любил и никогда не смогу полюбить никого другого.

Люблю твои губы — два гранатовых лепестка,
Твои ресницы — чёрные крылья ночи,
Твою душу — древнюю восточную загадку.
Люблю тебя всю: от кончиков дрожащих пальцев
до самой тёплой, самой глубокой тишины твоего сердца.

Ты — моё начало.
Ты — мой конец.
Ты — вся моя жизнь,
навсегда моя.