По клавишам стучало время. Играли нервы на струне
И отчуждённо песню пела мне память. Или уж не мне
Мотив старинной колыбельной не убаюкивал, а звал
Он знал слова так многих песен, но ни одно — не называл
По клавишам стучало время. Играли нервы на струне
А память пела. Память пела. О каждом позабытом дне…

День бел …
Лишь лёгкие штрихи углём…
И грифелем немного тени.
О, сколько спрятано, друг, в нём…
Вчерашних страхов и сомнений.

День мягок… Как его мороз.
И стелет пышные перины.
На них бросаюсь… На авось,
Ведь замыслы зимы невинны.

Снежинка — воздух в пелене,
Душа кого-то, лёгкий выдох…
Но, прикоснувшись вдруг ко мне,
… показать весь текст …

По клавишам стучало время.
Играли нервы на струне.
И отчуждённо песню пела
Мне память. Или уж не мне?

Мотив старинной колыбельной
Не убаюкивал, а звал …
Он знал слова так многих песен,
Но ни одно — не называл.

По клавишам стучало время.
Играли нервы на струне.
А память пела. Память пела.
О каждом позабытом дне.

И каждый день она варила суп.
Варила суп и стряпала второе.
И думала, что это — суть:
В ней нет ни радости, ни горя.

Отлажены движения руки…
От лука — слёзы,
(правда, лишь от лука…)
И… «если сОлишь — сахар положи» —
Проверенная временем наука.

В вечерний час, когда сама себе
Принадлежала без остатка,
Она цветы поила на окне…
… показать весь текст …

Я уходила в зиму налегке. Взяла с собой на память, в узелке:
два листика, лесной орех И сон. В нём воздух ещё летом опьянён.
(Когда был времени потерян счёт, ведь каждый о любви соврёт.)
Вот, собственно, и весь багаж. У поздней осени…
не внешний антураж.

Все мои сказки уже прочитаны…
Услышаны мной, в память впитаны:
Принцесски состарились. Принцы промчались.
Убытки подсчитаны. Драконы остались.

Листались страницами дни, часы, годы…
А чувства, жар-птицами, искали свободы.
Дымились кострами упавшие перья…
И проза житейская сменила поверья.