Кресло-качалка — ну, чем вам не транспорт?
Только расcлабишься, смежишь ресницы —
вмиг попадаешь в другое пространство,
в царство, где правят мечты-небылицы.
Где в чудеса можно с лёгкостью верить,
плавно качаясь в утробе вселенной,
где открываются в прошлое двери,
а за порогом — лишь дождик весенний,
не предвещающий бурь-ураганов;
лица родные ещё без морщинок,
словно ты смотришь широкоэкранный
фильм, что отснят только до половины.
B стиле фантазий, а может быть ретро,
память смешала событий палитру —
лет улетевших и книжных сюжетов,
по недоступному нам алгоритму.
Грёзы наркозом снимают усталость
под колыбельную креслa-качалки…
Только я в нём никогда не качалась,
так уж сложилось — не вышло.
А жалко…

Пахнет варенье домашним уютом,
Чаем вечерним, беседой неспешной,
Зноем полуденным и, почему-то,
Детством забытым и чем-то нездешним.

Всё проходяще и всё неизменно…
Таз, по размерам не меньше светила,
Вяжется кружевом лёгкая пена,
Дышит варенье, ворчит незлобиво,

Сладостью манит, пугает горчинкой.
Всё перемешано — горе и радость…
Юность бежала вчера по тропинке,
Там, где сейчас спотыкается старость.
… показать весь текст …

Введите внутривенно мне дельфинов
и жаропонижающий прибой,
чтоб кровь была не алою, а синей
и даже благородно-голубой.
Чтоб стала бестелесной, невесомой
усталая изношенная плоть,
накапайте мне дeвять баллoв штормa,
упорство волн велите мне вколоть.
Наполните меня морским простором,
бесстрашием и безрассудcтвом скал,
ветрами — без пощaды, до упора —
я не любил покой и не искал.
Не разбавляйте нитроглицерином,
не досаждайте праздной суетой…
… показать весь текст …

Женщина — решенье и загадка,
Нежность, возрoжденная из пены.
Одержимость, боль и лихорадка,
Кнут и прянник, вечная дилемма.

В мире цифр и дивидендов точных
Женщина изменчива как вирус —
Точку заменяет многоточьем.
Плюс, играя, превращает в минус.

В ней непредсказуемость цунами
И способность цель достигнуть быстро.
Мягкость пластилина, твердость камня
Рысья осторожность, жажда риска.
… показать весь текст …

Как научиться счастье замечать
во взглядах и улыбках ежедневных,
что греют душу, как вечерний чай
в сезон простуд и всякой прочей скверны?
В наш сумасшедший, меркантильный век
мы ценим то, что в принципе, вторично…

Давно запорошил прически снег
и жизнь не крепче скорлупы яичной,
но я пилю тебя семь раз на дню
за то, что неуклюж, неаккуратен.
А ты твердишь, по-прежнему: «Люблю»
чай разливая в чашки
и на скатерть…

Я обхожу красивые слова,
а ты их в буднях терпеливо ищешь.
Два разных человека — два ствола,
соединённых общим корневищем.

Переросли друг в друга, приросли,
переплелись в единое ветвями.
Нас греет незаметно изнутри
неяркий огонёк… Любовь ли? Память?

Воспоминаний сладость и печаль
по каплям пьём, чтоб стать чуть-чуть моложе —
пока не стерла времени печать
забвением и эту радость тоже…
… показать весь текст …