Лучшее, что могла придумать Европа после инквизиции — это т…

Лучшее, что могла придумать Европа после инквизиции — это толерантность.

Когда уже грабить некого, Европа требует толерантность, забывая свое колонизационное прошлое.

В Европе журналисты мне в лицо говорили: «Что вы в России со своей Победой носитесь? Вот мы уже забыли». Я у них спросил: «Сколько дней ваши страны сопротивлялись Гитлеру?» Молчат. Тогда я продолжил: «Польша была завоевана за 28 дней, и за те же 28 дней в Сталинграде немцы смогли захватить всего несколько домов. Дания продержалась ровно день. А вся Европа покорилась за три месяца. И освобождать её пришлось нашим солдатам. И какой ценой! Миллион жизней советских солдат, отданных за освобождение европейцев от фашизма». Но Европа предпочла об этом забыть!

Однажды, одиннадцать хитрых, но не умеющих играть в футбол молодых людей, придумали, как каждые четыре года летом бесплатно ездить в Европу.

В США на «Москву» аллергия,
У Европы на «Кремль» диатез,
НАТО делает вид, что глухие,
Понимать не желает Совбез.

Им войну вспоминать неохота…
Вновь Россия — «империя зла».
Но советская наша пехота
По Европе фашистов гнала!

Что Германия «делала ноги» —
И не вякнул тогда ни один.
Слишком быстро забыли итоги:
Это русские взяли Берлин!
… показать весь текст …

Вчера мы увидели истинный образ Европы,
С улыбкой фальшивой и наглым презреньем в глазах,
Незнаю, как вам, мне не нравится он до блевоты,
Во сне не приснится такой ужасающий страх…

Такой идеал современный в умах процветает,
Кругом гомосеки с экранов и в прессе пестрят,
Незнаю, как вам, а меня это факт убивает,
Кончиту в Европе все любят и боготворят…

Нам нечего делать на конкурсах этих продажных,
Мы на Евровиденье, словно посмешище всем,
Вот только посмешище вы — с бородой эпатажной,
Незнаю, как вам, мне не нравится ЭТО совсем…