Мой механизм не работает больше.
И если ты хочешь спустить курок, то спускай.
Пусть боль, разливается кровью по бледной коже.
Если пришел убить меня, то убивай.

Я не считаю моменты, я жду событий.
Завтра, сегодня — все сменится новым днём.
Только руки слезами омыть бы —
Слезами тех, кого мы предаём

Вы представьте, как ноет душа, как она от обиды плачет,
Как забившись одна в уголок в кулачок свои слёзы прячет.

Как не хочется ей показать, что она опять недовольна,
Что раздавлена и грустна и сегодня ей очень больно.

Вы представьте… как тяжело делать вид «ничего не случилось»,
А при этом сердце толкать, чтоб оно веселее билось…

Настроение пытаться поднять и собрать последние мысли,
Те, что вновь от печали-тоски разбежались и где-то… зависли.

Доброта, прошу: «Перестань, как всегда по головке гладить
Тех, кто в гости к тебе пришел с одной целью — в душу нагадить.»

Самая настоящая боль — в слезах, которые никто не видит… Но еще больнее тогда, когда плакать уже не можешь. Потому что слезы поселяются глубоко в сердце. И там их уже невозможно утереть…

Дешево стоит тот мужчина, за отношения с которым женщина платит слишком дорого-слезами…

Папуля, поиграй со мной в хоккей!
— Нет, нет, сынок, спешу я, улетаю, —
Сказал отец, с огнувшись у дверей,
Осенние ботинки надевая.
— Папуля, ну пожалуйста, прошу!
Один разок, тебя я обыграю!
— Потом, когда вернусь, сейчас — спешу,
Потом.
-Ты обещаешь? — Обещаю!
.И выбежал папуля из дверей,
Взяв чемодан и дверь закрыв со свистом.
А сын играл в настольный свой хоккей,
Мечтая стать, как папа, хоккеистом.
Мечтал он, от волнения крича,
… показать весь текст …

Когда человеку по-настоящему тяжело, он не плачет и голос его звучит почти спокойно. Боль уходит вглубь. Истерика и слезы — спутники скорее слабой или показной боли, чем истинной.