Это непристанное, неотвратимое умирание.
Это живая смерть, которая убивает Тебя
О Боже, в Твоих совершенных творениях
В розах, кристаллах, в неукротимых звёздах
И в сгорающем теле., что полыхает подобно костру, зажженному песней;
В мечте, в красоте, поражающей глаз.
Ты, Ты, сам возможно умер миллион вечностей назад, и мы не знаем об этом
Мы Твои останки, частицы, зола, не знаем о том, что Ты подобно звезде
Прячущейся за своим светом доходящим до нас, пустым светом без звезды, скрываешь Свою катастрофу…

Хосе Горостиса

Мне жаль. Бледнеют лепестки.
Мне жаль. Кругом все меньше света.
Я вижу: в зеркале реки
Печаль в туманности одета.

Зажглась вечерняя звезда —
И сколько слез в ее мерцаньях.
Прощай. Бездонно. Навсегда.
Застынь звездой в своих рыданьях.

Могу гореть Великой звездой
И засиять над самой Москвой.
Ведь зажигать другие звёзды необходимо.
Хочу пожелать я своей стране: «Живи
И пусть звезда на Кремле, горит всегда
И будет тот свет — неугасимый!

Когда любви гаснет костёр,
Свет звезд и нежный плеск озер
Прохладным светом призывают.
Манят, но мало привлекают,
Покуда угольков ковёр
Любви погасшей остывает…

И заструится свет любви в наших сердцах,
Прольётся добротою в наших душах,
Взойдет на небе первая Звезда,
И в серебре снежинки вальс закружат…

Тихонько лягут они в хвойную ладонь,
Пуховой шапкой, укрывая ветки ели,
И заискрятся, отражая свет Одной,
Звезды, что в каждом сердце видеть мы хотели.

Пройдет зима, снежинки унеся с собой,
И мириады звёзд родятся в небе новых,
Но, в сердце свет Одной останется с тобой,
До следующего Рождества Христова!