«А потом, вдруг, лето закончилось…»

Возьми лето в руку, налей лето в бокал — в самый крохотный, конечно, из какого только и сделаешь единственный терпкий глоток; поднеси его к губам — и по жилам твоим вместо лютой зимы побежит жаркое лето…

«Вино из одуванчиков. Самые эти слова — точно лето на языке. Вино из одуванчиков — пойманное и закупоренное в бутылки лето. И теперь, когда Дуглас знал, по-настоящему знал, что он живой, что он затем и ходит по земле, чтобы видеть и ощущать мир, он понял еще одно: надо частицу всего, что он узнал, частицу этого особенного дня — дня сбора одуванчиков — тоже закупорить и сохранить; а потом настанет такой зимний январский день, когда валит густой снег, и солнца уже давным-давно никто не видел, и, может быть, это чудо позабылось, и хорошо бы его снова вспомнить, — вот тогда он его откупорит!»

Пришло лето, и ветер был летний — теплое дыхание мира, неспешное и ленивое. Стоит лишь встать, высунуться в окошко, и тотчас поймешь: вот она начинается, настоящая свобода и жизнь, вот оно, первое утро лета.

… мне нравится плакать. Как поплачешь хорошенько, сразу кажется, будто опять утро и начинается новый день.

Искать кроликов в шляпах — гиблое дело, все равно как искать хоть каплю здравого смысла в голове у некоторых людей.

Хорошо при случае послушать тишину, — говорил он, — потому что тог…
… показать весь текст …

Август надо цедить медленно, как грушевый бренди.
Наливать в маленькую рюмочку, отхлебывать по капельке, а сквозь рюмочку смотреть на солнце. И заклинаю вас, ну не кричите вы на всех углах «Ой, вот и август, вот и осень». Ну куда вы торопитесь? Остановите часы… Пейте по капле. И непременно целуйтесь.
В августе у любимых губ совершенно особый вкус.

— Видишь цветы?
— Да, сэр.
— «Прощай-лето», Дуг. Такое у них
название. Чуешь, какой воздух?
Август пришел. Прощай, лето.
— Ничего себе, — сказал Дуг, —
тоскливое у них название.