—Когда я на сцене, все в порядке. Во время выступлений я раскрепощаюсь. Я полностью владею сценой. И ни о чем больше не думаю. Стоит мне выйти на сцену, и я уже знаю, что хочу делать, и наслаждаюсь каждой минутой. Там я бываю по-настоящему раскован. Но когда я остаюсь один в доме, где полным-полно народа, то даже несмотря на это чувствую себя одиноко. Я не жалуюсь, потому что считаю это нормальным для своей работы.

—Когда я был маленьким, меня лишили, не только детства, меня лишили любви. Когда, я пытался обнять отца, он никогда не возвращал объятие. Когда, я пугался в самолете, он не обнимал меня за плечи и не говорил: «Майкл, не волнуйся. Нечего бояться». Когда мне было страшно выходить на сцену, он кричал: «А ну быстро пошел на сцену!» И не только он, но и каждый взрослый вокруг.

—Чтобы ни случилось, даже если весь мир против тебя, дразнит тебя, говорит, что у тебя ничего не выйдет, верь в себя! Чтобы ни случилось. К самым великим людям, оставивший след в мире, относились с недоверием: «У тебя ничего не получится, ты ничего не добьешься». Над братьями Райт смеялись, над Томасом Эдисоном смеялись, над Уолтом Диснеем смеялись. Генри Форда поднимали на смех и называли невежей, потому что у них не было ученой степени. Он бросил колледж. И Дисней бросил колледж. Форду пришлось отстаивать свой интелект в суде. Вот, на что они шли!

—Я вышел на сцену и стал двигаться в ритме музыки, я сделал то, что задумал, и лишь в конце выступления не смог зафиксировать стойку на носках, я стал падать и подставил одну ногу. Из-за этого я покинул сцену немного расстроенный, ведь я привык все делать на «отлично». Но, как оказалось, этого промаха никто не заметил, и за кулисами ко мне стали подходить люди и поздравлять с отличным выступлением. А на следующий день мне домой позвонил сам Фред Астер и похвалил так, как только он и может, сказав, что я «злой танцор, такой же как он сам». И эти слова были для меня величайшей наградой. Поскольку вся моя жизнь была связана с шоу-бизнесом и карьерой, мне приходилось в юности все время вести упорную борьбу, но не со студиями звукозаписи и не в связи с выступлениями на сцене. В те времена наиболее серьезные схватки происходили перед зеркалом. Дело в том, что мой успех в значительной степени зависел от того, каким я предстану перед публикой.

—Когда я на сцене, я преображаюсь. Во время выступлении я раскрепощаюсь. Я полностью владею сценой. И ни о чем больше не думаю. Стоит мне выйти на сцену, и я уже знаю, что хочу делать, и наслаждаюсь каждой минутой. Там я бываю по-настоящему раскован. Совершенно раскован. И это приятно. Так же раскованно я чувствую себя и в студии. Я знаю, когда у меня получается. А если не получается, знаю, как поправить дело. Все должно быть к месту, и если это так, тебе хорошо, ты чувствуешь, что чего-то дости…
… показать весь текст …

Мы стали жить лучше, — сказало правительство, -Мы за вас рады,-подумал народ))))