Сказочки рассказчиков, не всегда раскладушки, ладушки оладушки, мы были у бабушки. Бабушка умна, сказочки рассказывала чадушке сполна, девочке припевочке в алой красной шляпочке. Ведь у Красной шляпочке было аж две бабушки. Мамина, не папина мама в апартаментах с дедушкой жила. Мама папы-старая, видно была странная, ведь жила одна она возле леса страшного. К ней порой уставшие приходили в гости сильные прохвосты, с топорами пилами, граблями и вилами. Бабушке нужны были, с мясом пирожки. Бабка их заказывала, приносить приказывала, у невестки спрашивала принести ей до темна внученька должна была.
Угощала бабушка, пирожком рассказчика, слушая и кушая с мясом лаваши. Рядом волки рыскали, девочек выискивали, не нужны им бабушки, старые заказчицы. Им бы съесть оладушки вместе с красной шапочкой, что несла для бабушки с мясом расстегай. Чем всё там закончилось, знает каждый гай, он тебе расскажет, ты ему поверь, про волков и бабушку и про то, как шляпочку скушал страшный зверь. Ну, а ты в кроваточке, спи, закрыта дверь. Мы пойдём к той бабушке, отнесём оладушки, будем кушать вкусные с мясом пирожки. Вспоминать про шапочку, алую и красную, и про то, как выжила девочка в лесу. Пирожков тех сладостных бабке принесу. Но добавлю к сказочке капельку романтики, чтоб жилося бабушке весело вовсю.
Расскажу вам сказочку, памятка уму, песню про Герасима, как он утопил своего щенка, с именем МУМУ. Хоть поступок до конца тот его не красил, но жалеют все не бедного щенка, а самого Герасима. Мой сосед пошёл на речку, утопить котят, кошка родила их под крылечком, штук двенадцать или восемь может только пять. Положил он выводок в носок, вышел сам на бугорок, размахнулся и подальше бросил их в речной поток. А за ними следом кошка, кинулась спасать детей, ржал при этом гад злодей, видя всю трагедию, как погибла мамочка с выводком котят. Сказочки бываю злые, про дела наши мирские, басни к сказкам типовые, слушаем, на ус мотая, и порой не разбирая, где тут правда, а где ложь, душу нам не растревожь, выдумку свою прочтёшь, братьев же меньших поймёшь, но от смерти не спасёшь.
Есть истории примеры, поступают в них без меры, злые лица, колдуны, их примеры нам даны, взрослым ясно, даже детям, есть беда на белом свете, повести, сказания про это. Есть легенды небылицы, добрые в них видим лица, но бывают и поверья, плод фантазий, откровенья, пишут прозу и стихи, создают свои творенья, как игра воображенья, россказни и измышленья, или, даже песнопенья. Вас та песня удивила, но слова же в этой песни, да ты сам уже хоть тресни, выбросить не в силах. Я сижу под вишенкой, хезаю и хаваю, а дед Ленин говорит: «Революция, которую все жаждали, свершилась!))» И Герасим опоясан пулемётной лентою стал человеком с ружьём, бдительно охранял свой новый дом. И коль ему не жаль было МУМУ, то всех барынь с их выводком тем более. За Муму не садят в тюрьму, а наоборот выпускают. Под амнистию попадают Мальчиши-Кибальчиши, которые военные тайны охраняют, людей на врагов разделяют и всё за гроши.
Сказки новые уже, в них принцессы в неглиже, принцы едут в мерседесах, за бугор рванул повеса, папа денежки украл, а сынок их проиграл. Всё старо как мир увы, так прос… али пол страны. В СССР развал на эсы, виноваты мракобесы. Лишь Иван наш дурачок, в рот воды набрал, молчок. Сказки слушать он готов, верить им всегда готов. От беды дурак привился и от радости напился. В Думе сказочников много, хоть пора им знать и честь, развелось же, что не счесть. Думу думают, решают, а как быть теперь не знают. Ведь кругом одни враги, ты себя побереги. Молодым у всех дорога, за границу от порога, стариков тут развелось, лямку тянут на авось. Дети малые каналы в интернете открывали, выставляют в инстаграм, как их бабки пьют сто грамм. Шапки красные надели, и совсем все офигели. Где средь них она, где он, знает только дед Мороз, он подарки им не носит, у него никто не просит. В сказочки его не верят, не откроют ему двери, требует он предоплату, борода его из ваты. А Снегурка хороша, в гости ходит не спеша, ей все дети очень рады, папы, мамы, даже бабы. Санта Клаус её папик, он её теперь напарник. Стих и песню снова сложит, на мелодию положит. Подрастают в хороводе, чудеса не происходят, но надежду затая, едут в новые края. За бугром им обещают сказочностью примечают. Сказке этой уж конец, дочитал кто-молодец.
