В сплетеньи междометий,
Изысканности слов
Живёт в чреде столетий
Бессмертная любовь.

Послушайте, люди, ведь время не лечит,
а лечит обнявший в печали за плечи,
и слово нашедший в безмолвии жутком,
спешивший к тебе на метро и попутках,
поймавший тебя в миг последний, у края,
и ты возвратишься, затихнешь, внимая
таким незатейливым фразам знакомым,
и слезы отпустишь
расплавленным комом
саднящие в глотке, и в ближних поверишь…
И помощь людскую ничем не заменишь.

Люблю тебя. Совсем уже сказилась,
Сплошной восторг и пламенная страсть!
Как быстро всё гнетущее забылось,
Опять всё те же грабли, та же грязь.
Уж лучше с кем попало, хоть небольно,
Потешила инстинкты — разошлись,
И замечательно — довольна и спокойна,
Так нет же… Что за стерва эта жизнь!
Всё папины слова про поцелуи:
«Не надо без любви их отдавать!»
Спасибо, папа, я теперь тоскую
О тех, кто недостоин их принять.

Поступь Музы, увы, сурова,
Эхом горечь, на сердце мгла,
Чтобы вымолить лёгкость слова,
Выжигаешь нутро дотла.

Россыпь слов жестоких, колких,
После славных лет,
Мне в лицо летят осколки,
Как любви послед.
Я глаза закрыть пытаюсь,
Вдруг зацепит лёд,
Только зря, видать, стараюсь,
Холод больно жмёт,
Разрослась во мне постылость,
И под градом мук,
Стала, впавшая в немилость,
Ликом стуж и вьюг.

Не надо, драгоценный мой, не надо,
Ни слов, ни сожалений, ни утех,
Я умерла тогда, под листопадом,
И там же похоронен горький смех.
Я так смеялась, Господи, смеялась…
И гордо проходила стороной,
А что ещё, скажи мне, оставалось,
Когда печаль накрыла с головой.
Никто не знал, какая эта мука,
Идти вперёд, когда душа мертва,
Сжимала горло горечью разлука,
След засыпала жухлая листва.
Не надо, ничего уже не надо!
Все выжжено, немыслимо пуста.
… показать весь текст …