Прикосновения морские сладостны и томны, целует страстно, но отступает так легко. Ныряю я до дна — здесь тайна чувств сокрыта… Озноб по коже от предвкушения. …Прекрасен миг! Замру. На крыльях к небу — улечу … Ночь… Соль на губах…
Прибой блаженства…

Нарисую
- синими-синими красками
моря — простой сюжет.

Нарисую
- сказку из солёных волн…

Нарисую
- солнце,
пену,
барашки волн…

Нарисую
- чайки,
… показать весь текст …

Ночь, смуглая шатенка, горячий шоколад варила, с перчинкой. Ещё коньяк добавила для хмеля в напиток горячих ощущений; ваниль, корицу добавила для неги… И стала Месяц приглашать к столу, когда тот стелил из облаков постель, некстати спать он захотел.
А Ночь звала: «Сосед, мой милый, спустись с облаков, на чашку шоколада, поговорим немного!»
До утра Месяц с Ночью пил шоколад, надкусывал перчинку, что в молоке горчила ладно…
А на рассвете в куполе небесном побледнел и Ночь прозрачною росою на Землю опустилась…

Я стояла на берегу холодного осеннего моря и улыбалась. Слушала море, а думала о тишине в горах и о звёздном небе…

Знаешь,
тишина — это просто удивительное название для неописанных звуков.

—  А звёздное небо — общее название для миллиардов неоткрытых планет.

—  А море?
Море — это не море. Это просто удивительное название для тысяч никому не известных мечтаний.

И ещё,
знаешь,
я люблю носить в кармане маленькую морскую раковину… И когда эхо тишины становится невыносимым, я прикладываю эту ракушку к уху. Слушаю море, и прислушиваюсь к мечтам.

Сок из грейпфрута.
Мясо с кунжутом.
Сочные фрукты ем ранним утром.

Пальцы гуляют по цифрам и буквам.
Письма читаю — ем в сахаре клюкву.

Мой телефон от звонков разрывается.
И «барный трон» подо мною шатается.

Съедено мясо. Выпит грйпфрут.
Всё!
Я на море! Друзья!
Всем салют!

А может птицы иногда поднимут бурю
И что-то всколыхнут в душе,
И мы забудет тех с кем были, будем
Чтобы не повторить потёртое клише.

Чтобы писать в судьбе картину новым стилем,
Чтобы услышать крылья ангелов с утра,
Чтобы простить себе то, кем порою были,
Чтоб по привычке не будить боль старых ран.