Время не имеет обратного хода. А, если имеет, то, скорее всего, это не обратный, а какой-нибудь другой ход.

У одних людей жизнь измеряется длиной жизненного пути, а у других высотой полета, у третьих шириной размаха. У четвёртых количеством убитого времени и потраченных денег.

В детстве думаешь, что жизнь это длинный путь. Потом, что жизнь— это вечная борьба, позднее, что жизнь нескончаемая суета. В итоге начинает казаться, что жизнь—это дурдом. И только в старости понимаешь, что жизнь мгновенье, которое нельзя продлить и задержать на месте. Поэтому и стремишься сделать что-то хорошее, сделать больше, сделать лучше и оставить о себе добрую память. Потому что в душе ещё теплится надежда снова вернуться к жизни. Как говорили древние египтяне: «Мёртвого помянуть—к жизни его вернуть».

О возрасте надо думать, как о чём-то абстрактном и вас лично не касающемся. Раньше мне говорили, что трудно жить, только первые пятьдесят лет. Теперь говорят: Трудно жить первые сто лет… Вот и вся разница!

Настало время, когда ноги стали не средством передвижения, а барометром.

Многие не любят нас такими, какими мы есть, но вынуждены терпеть нас, даже, не любя. Да и нужна ли нам их любовь? Может быть, оставаться собой лучше, чем лицедействовать в поисках чьей-то любви? Да и по-настоящему могут любить только тот, кто принимает тебя таким, как ты есть! Все остальное—ответное лицедейство. Только, когда ты сам полюбишь себя, не взирая ни на кого, перед тобой откроются дорога к совершенству и возможности стать сильным, здоровым, красивым, успешным и жизнерадостным.