Волга в дымке тает, —
Зябко и туманно…
Вроде бы Тутаев,
А в душе Романов.

Здравствуй, левый берег:
Церкви с куполами,
Чем же вас измерить, —
Мы сегодня с вами.

С чудными стихами,
С добрыми сердцами, —
Как же вы прекрасны,
Не знаете сами.

Оттепель. Солнце. Сосульки. Стихи.
Отняли сердце. Отдали весне.
Помню, счастливым бывал я таким
Только в сиреневом, радужном сне.
Оттепель. Глупости. Лужи. Дома.
Кружатся. Нижутся в песенный бред.
Кажется, женщины сводят с ума,
Кажется, вечность звенит на заре.

***
Ах, какое утро, белое-пребелое,
В снежной беспредельности солнце оробелое…
Мысли зарываются в рыхлые сугробы,
Сердце разрывается вроде бы… с чего бы.
Вышел растревоженный — радости ни грана,
Снег с себя прохожие стряхивают рьяно,
Словно биороботы, а живые вроде,
Стряхивают белое — чёрными уходят.

***
Кто грешен, по жизни счастливо несчастен,
Идёт ко причастью, как будто причастен,
Прощения просит он за прегрешенья,
Но только не каждый получит прощенье.

Просящим, молящим воздастся по вере,
Но если греха не постичь, не измерить,
А совесть иссушит, измучит, изгложет, —
Просите прощенья у Матери Божьей.

***
Бывает, что одна строка
Ценней огромного стиха.
В ней смысла соль и крик души —
Её, такую, напиши,
В десятку чтоб, наверняка,
Чтоб след остался на века.

В божье царство захотел —
Больше делай добрых дел,
В глубине своей души
Не криви и не греши,
И на всём своём пути
Божьи заповеди чти.