Мазком прозрачно-нежной акварели
Июль рисует ясные рассветы,
поля, что от туманов поседели
и росы — утра раннего приметы.
Лугов цветочный рай у древней Волги,
созревших вишен ягодки-рубины,
сорок, что тараторят без умолку
и капельки дождя на паутинах.
Ламбаду мотыльков над рыжей тропкой,
кузнечиков у рощи перекличку
и грома шепоток за речкой робкий,
и солнца бархатистые реснички.
На облачке лошадок белогривых,
что резво подгоняет ветер вольный,
в глухом овраге жгучую крапиву
и звон на всю округу с колокольни.
Рябиновые бусики-кораллы,
величие и стать столетних вязов,
зарю у горизонта лентой алой
и кустик у ручья зеленоглазый.
У заводи лягушечьи рулады,
шуршащий по листочкам тихий ливень,
пьянящий аромат большого сада
и по нему идущий теплый Жнивень.
Расшитый золотистой нитью воздух,
лучи, что обнимают поднебесье,
где Месяц собирает крошки-звезды
и на покой уходит с ними вместе.
Пастушку, что играет на свирели,
соловушку, поющего сонеты…
Мазком прозрачно-нежной акварели
Июль рисует ясные рассветы.
Ирина Стефашина-Велес
