Не избежать в семье матриархата,
Когда жена хоть чуточку пархата!

Слывя семейным марафонцем,
Мужчина истинно силён,
Когда зовёт супругу солнцем,
Хоть этим солнцем утомлён.

Сегодня я умылся с утреца,
И как и прежде, душу мне согрело
Наличие еврейского лица,
Что на меня из зеркала смотрело.

В нём тонкий юмор, свойственный уму,
И мудрый взгляд, и профиль очень гордый,
И оттого не ясно, почему
Его, порой, зовут жидовской мордой?

Печаль терзает мой еврейский ум.
Каким искусным не был бы портной,
Для гроба я не влезу в тот костюм,
Что он таки мне сшил на выпускной.

Еврейство во мне, как надёжный стоп-кран,
Что пользу даёт непременную:
В душе меня русский зовёт в ресторан,
Еврей же приводит в пельменную.

Романтиками полон белый свет.
Возьмём соседа Моню для примера:
Он по любви женился в двадцать лет
На пожилой вдове миллионера.