Днём и ночью, зимою и летом,
Вспоминая о прошлом опять,
Остаюсь ленинградским поэтом, —
Петербургским мне так и не стать.
Сколько помню себя от начала,
И до скорбных блокадных утрат,
Это слово повсюду звучало:
«Ленинград, Ленинград, Ленинград».
Вспоминаю январские пурги,
Мёрзлый привкус скупого пайка.
В Ленинграде, а не в Петербурге,
Пискарёвка стоит на века.
В ленинградской родившийся эре,
До скончанья отпущенных дней,
Как галерник прикован к галере,
Я прикован пожизненно к ней.
За гранитным крутым парапетом
Застывает в Фонтанке вода.
Петербургским не быть мне поэтом
Никогда, никогда, никогда.
