Пожелайте мне долгие лета!
Я — песчинка нездешних морей,
Неприкаянный житель планеты,
Заблудившийся русский еврей…
Всё чужое: и паспорт, и говор,
Всем чужое — куда ни приткнись…
Без названья кубический город
Громоздится и светится ввысь!
Не почетно, но и не позорно
Поискать своё счастье вдали.
Прорастают прогорклый зёрна
Из растресканной жаждой земли
Сквозь песок, через дыбу и дамбу…

И однажды, шагнув напролом,
Смуглый воин из племени Мамбу
Прослезится, и скажет: «Шалом!»

2000

Советские радости: розовый шмат ветчины
Марь-Ванне достался, и вовсе не жирный, последний…
«Последний, последний!» — она повторяет и скачет,
и кажется ей, что соседка от зависти плачет
в передней.
В какие же праздники мы отродясь включены…
И сколько эмоций, неведомых в скучной, другой,
нелепой стране (и куда они время девают?)…
Последний, не жирный, такой для души дорогой, —
столь полного и совершенного счастья у них не бывает…
Так радуйтесь, Марья Иванна, что прожит не зря
сегодняшний день, и не зря закалились в блокаду:
Вам завтра молочную очередь выстоять надо,
потом — вермишель и подушечки — к чаю усладу,
… показать весь текст …

Лето, которое начинается в пятницу, по определению не может быть плохим.

Когда любовью женщина согрета
И счастьем её светится душа,
Вокруг неё в любое время лето,
Зима ей никакая не страшна…

поймать вечерний теплый ветер
и выше облаков взлететь
чтоб насладиться этим летом
успеть

Мне вчера наливало лето
Радость солнца в большой бокал,
С ароматом того букета,
Что рассвет на лугу собрал.

А сегодня немного грусти
Мне плеснуло из серых туч.
Жду, что солнышко в них опустит
На закате с небесных круч.

Я надеюсь, что завтра снова
Будет сладким напиток тот,
Что мне лето налить готово.
С нетерпением жду восход.
… показать весь текст …