Я не звоню. Мне некому звонить
Немного странно говорить об этом,
Друзья мои разъехались по свету.
Дружить мне не с кем, некого любить.

Сжигая часто, за собой мосты
Не сожалею никогда об этом.
Такая, видно, доля у поэта.
Быть одиноким, даже средь толпы.

И верить в то, что он судьбой храним.
В душе держать распахнутою дверцу.
И открывать, построчно, своё сердце,
И жечь его, даря тепло другим.

И, вечерами, глядя в облака,
В пижаме, тапочках на боосу ногу,
Я спрашиваю мысленно у Бога,
— Где эти люди, ждущие звонка?

Вечерний сумрак, в полной тишине,
Ползёт ужом, по улицам знакомым.
И эхо, чистым колокольным звоном,
Звонит сейчас, наверное, по мне.

Я не звоню. Мне некому звонить.
Молчит проклятый телефонный зуммер.
И, может быть, я для кого-то умер,
Но я живой. Я продолжаю жить!

Пиздец — это, когда хранишь секреты других людей, выслушиваешь сопли друзей, помогаешь близким,…а в тот момент, когда самому плохо — сидишь в одиночестве, слушаешь музыку и даже не знаешь кому бы выговориться…

Друзьям мы многое прощаем,
И доверяем им во всем,
Но вдруг внезапно замечаем,
Что в одиночестве живем.

ПОЛНОЧНЫЙ ТРОЛЛЕЙБУС

Когда мне невмочь пересилить беду,
когда подступает отчаянье,
я в синий троллейбус сажусь на ходу,
в последний,
в случайный.

Полночный троллейбус, по улице мчи,
верши по бульварам круженье,
чтоб всех подобрать, потерпевших в ночи
крушенье,
крушенье.
… показать весь текст …

Встретятся те, кто должен встретится, расстанутся, облаченные одиночеством, но ты, мой друг, заветный колокольчик моего сердца, навсегда!

Когда я доживу до одиночества,
Мне будет вспоминаться всё подряд:
И января серебряное зодчество,
И узеньких ступенек звукоряд,
Следы — друзей, давно ушедших в прошлое,
Умчавшихся по радуге котов…

Я стану одинокой и заброшенной,
Как память неисписанных листов —
Осенних, жёлтых. Выметенных Из дому
Заслуженной метлою — прочь и прочь.
Всё будет только так, как было издавна:
За летом — осень. День сменяет ночь.
… показать весь текст …