Когда волнующее эхо
от глаз твоих отражено,
я думаю всё время, где ты,
хотя мы смотрим на одно…

на то одно, что нас связало,
и нет сейчас одних других.
Согласен, что до боли мало,
но жизни нет без этих их.

Самая сильная боль причиняется близкими, поскольку они знают, от чего действительно тебе станет больно.

Прелесть жизни в том, что у всех всё по разному, но одно и тоже.

Он очень желал дать ей понять, что она ему нравится, но он опоздал и это сделал другой.
Он хотел позвать её замуж, но опоздал, и она вышла замуж за другого.
Он хотел, чтобы она от него родила, но опоздал, и не его дети водили вокруг неё хоровод.
Оба они старели, и он желал умереть в её объятиях, но опоздал и умер кто-то другой.
На пешеходном переходе, путаясь в игре светофора стояла Она — горбатая старуха с изломанной клюкой. Он хотел помочь ей перейти дорогу, и знал, что не опоздает, потому, что других желающих не было. Он взял её под локоть и повёл. Она, не зная, кто её ведет, шамкая губами, из которых давно ушла кровь, прошептала: «Благодарю».
У него, у этого смешного, немощного и дряхлого старика, сжалось сердце до крошечной точки:
он ведь мог и был в силах поступать так, чтобы это слово и любое другое, которое имеет душу, слово, от которого жизнь обретает смысл, а человек крылья, было для него сказано ею множество раз…

Я когда женился, то у моей жены были бабушка и дедушка, они жили ладно, и я думал вот людям повезло: они как нашли друг друга, так и вместе по сей день, и я завидовал их чувствам. Однако всё было не так, и в конце концов оказалось, что эти бабушка и дедушка еще в юности поженились и прожили недолго — года три, и после расстались по каким-то неясным причинам. И вот, что получается они встретились через 47 лет, и поженились снова. Их любовь свежа, как никогда, молодцы старики!

Ты жив, пока живешь в чьём-то сердце…