Побороть страх за собственных детей это не реально. Отец ты или мать не имеет значения-когда твой ребенок в очередной раз вступает в кучу дерьма-все остальное перестает быть значимым.

Когда родители разводились, мы с братом были в зале суда. Было страшно. Мне 4, брату 7. Судья строго посмотрела на нас и спросила кто из нас с кем из родителей хочет остаться. Я до этого и не представляла (в свои 4 года), что нас с братом могут поделить. Как конфеты, как игрушки в детсаду.

Поделили.

Очень страшно было, когда после суда отец с братом ушли в одну сторону, а мы с мамой в другую на много лет.

Я чувствовала себя виноватой. Часто думала, что что-то не правильно сказала в суде, ра…
… показать весь текст …

В школе намечался какой-то праздник. Все девочки должны были ставить танцевальный номер. Мы репетировали. Нас построили в три ряда. Меня поставили во втором ряду с краю.

Старшеклассницы нас обучали.

Я старалась как могла, хотела танцевать.

На третьей или четвертой репетиции меня вызвали выйти вперёд. Все смотрели на меня.

Девочка, которая учила нас громко сказала, что-то вроде того, что я танцую как корова на льду, порчу всю композицию и мне там не место.

Помню, как мне было стыдно, жарк…
… показать весь текст …

Мы травмы наносим детям своим
Но явно, мы ж этого не хотим.
Но как получается так?
Нет опыта, мудрости, терпения нет
Любви не хватает порою
Нет времени, сил и здоровья.
На самом же деле любви им хотим.
Желаем мы детям своим наилучшего,
Здоровья, успехов, благополучия.

Когда мне было 4 года, мой брат любил сидеть на подоконнике, крошил батон- кормил голубей. Делал на верёвочке петлю и за лапки ловил голубей-потом отпускал. Такая детская шалость.

Но в какой-то день он наловил полную кладовку голубей и закрыл их там. Когда я пришла с садика, он сказал мне открыть дверь в кладовку. Я открыла и оттуда вылетали, и вылетали голуби бились об меня. Я закрыла лицо руками и кричала очень. Брату было очень весело.

Так я стала на всегда бояться птиц. Таким образом через глупую шутку семилетнего сорванца сформировался глубокий страх.

Уж лучше как фанера над Парижем пролететь, чем изводить себя хотением-но так и не посметь …