— Лицо у вас до боли знакомое, Вы нигде не снимались? — Сним

— Лицо у вас до боли знакомое, Вы нигде не снимались?
— Снимался! С выборов губернаторов Сколеновстанска и Немногопотерпетьевска.

Ты женщина с двойным лицом. Тебе видать приятно исполнять двойные роли. Причём одновременно две разных женщины любить я не готов, тем более что та вторая ненавистна мне. До боли!

Когда-нибудь всё отболит,
И кто-то мудрый позже скажет,
Огонь — не вечен, догорит,
Испачкав всё угарной сажей.

Жаль, не предвидим мы конца,
Ведь хворост есть и есть поленья,
Не вытирая слёз с лица,
От дыма, скрыв недоуменье…

Я позабыла имя, я позабыла город,
помню, что где-то били, знаю, что значит — голод!
маску-лицо чужое я на себя надела,
кто я? а может- что я? вам-то какое дело?!

Вы иногда поете песню про «воровайки»,
но никогда не поймете, как твой кусок вырывают!
очень легко падать, если тебя не держат,
что вы глядите, тв@ри! думаете зарежу?

Меня заточили, как ножик.,
рукою от злости пьяной,
я содрала свою кожу,
выбираясь порой из ямы.
… показать весь текст …

Глаза в глаза — никто не виноват,
Что мир не просыпается от боли.
Всё та ж афиша праздничных застолий,
Тождественность торжественных наград.

Живёшь как будто смерти вопреки,
И чаще трезв, хоть хочется напиться.
Выходишь на дорогу — лица, лица,
Ни взгляда, ни касания руки…

Берлины рушатся; в Победе
скрывается волшебный луч,
он, огибая парапеты,
своим пунцово-тихим светом
добьёт до самых острых кручь.

Берлины падают во прахе,
сдаётся вермахт и SS.
И мы все в ожидании взмаха
судьбиной длани; боли, страхи
сметаем с лиц остатков без.

Берлин как Карфаген, но всё же,
случилось всё не до конца.
… показать весь текст …