— Маргарет!
— Я уже восемьдесят два года Маргарет! — она осторожно ставит блюдечко с пирожным на столик и усаживается.
— Дорогая, ну тебе же нельзя. У тебя диабет!
— он смотрит на неё с возмущением.
— А диабет у меня уже тридцать пять лет, Руперт, и что теперь?
— Маргарет делает глоток кофе, отправляет в рот маленький кусочек пирожного и зажмуривается от удовольствия.
— Хорошо, давай я тогда съем половину. Я тебя спасу,
— Руперт нацеливается своей вилкой ей в тарелку.
Она отодвигает блюдечко:
— Тебе нельзя, у тебя холестерин.
Он продолжает тянуться и все же отковыривает кусочек:
— Ничего, я все равно умру раньше, я тебя старше.
— Постарайся не умереть до тридцатого числа.
У нас уже оплачен отель на Тенерифе.
— До тридцатого как-нибудь дотяну, — хмыкает Руперт.
Они медленно доедают одно на двоих пирожное.
Он едва заметно касается ее мизинца своим.
