Поэты, вне сомнения,
В небесный вхожи храм,
А их стихотворения —
Посланья Божьи нам.

Мир станет лучше, конечно, со временем.
Верю я в это, и нету сомнения
В том, что иначе не может и быть.
Жаль только: нам до того не дожить.

А поэт — уроженец иной, параллельной вселенной,
И неведомо как оказался в пространстве земном.
Созерцатель небес, здесь томящийся будто бы пленный —
Как печально глядит на седую луну за окном!..

Он тоскует о месте, забытом еще до рожденья,
До того, как в утробу вошёл человечьим зерном,
Но его посещают далёкого мира виденья,
В одинокие ночи, на людях при свете дневном.

Оттого он, порой, обывателю кажется странным —
То такой же как все, то в какое юродство впадёт…
Или так объясню — он для многих что гость иностранный —
Непонятный, несхожий — и как тут годами живёт?..
… показать весь текст …

Конец: Ты стихотворение, а я — Поэт!!!

О, сколько раз мне на ладонь израненный садился соловей,
Чтоб отыскать пристанище в тепле больной души поэта;
О, сколько раз моя гордыня скрывала слезы от людей
И разрывала сердце Божье, как иллюзию без цвета.
.
О, сколько раз мне тишина безжалостно терзала уши,
Доколе на уста и на бумагу ночь дышала строго;
Поэт во мне не верил, что слово может всё разрушить,
Коль нескончаема во мне борьба с химерой* и тревогой.
.
О, сколько раз я задавал вопросы, хотя ясны ответы,
Я одинокий призрак, на столпе распятый ожиданья;
О, сколько раз я порывался не дразнить в себе поэта,
Напрасно — преследуя, изводит боль и дерзкое мечтанье.
… показать весь текст …

Поэт трудился не зря, если в стихотворении узнали себя.