Сижу я сейчас
и с чаркой сакэ созерцаю
заснеженный сад, —
я тем временем на дороге
увязает в сугробах путник…

На окнах решётки, железные двери, Сидим по квартирам, как дикие звери. В руках телефоны, везде домофоны, И правят-то нами чужие законы! Ещё не истерлось из памяти время, Когда населяло страну Наше племя: Где не было столько высоких заборов И хитрых, с сиреной, надёжных запоров. Где жили все просто и всем доверяли, Лишь временем дружбу свою проверяли. Совсем, как родные, с соседями были, По праздникам весело пели и пили… Делили и радость, и боль пополам, И всё по-плечу в те года было нам! Учились, работали, строили, жили, Где старшие люди примером служили… Доллар да рубль там не правил законом. Народ не прельщался серебряным звоном Монет и, шуршащих в карманах, бумаг… Там все помогали стране просто так…

Когда я вижу, как здоровый мужлан, из окна мчащегося «джипа», посылает на три буквы ветерана войны, медленно переходящего дорогу — хочется засунуть его в багажник собственного авто и выгрузить в Берлине 45 года…

Мы, кажется, узнали все на свете… Успели передумать обо всем… Но до сих пор, как маленькие дети Мы верим в невозможное и… ждем… От мудрости нам жить не стало легче. А лишь быстрее стынет в жилах кровь. Нащупала усталость наши плечи, Привычка замахнулась на любовь. Никто не умер от словесной плети. Мы были биты и другим врагом… И до сих пор, как маленькие дети Мы верим в невозможное и… ждем.

Если вы хотите увидеть человека, с которым не виделись полжизни, сделайте это обязательно… люди не вечны и время — это не песочные часы… вечной может быть только память…

Только спустя какое то время, мы можем взглянуть на событие и понять, что это было, удар или подарок судьбы.