Высь Гора убить меня хотела. Ей камни в верности клялись.

Высь

Гора убить меня хотела.
Ей камни в верности клялись.
И всё куда-то вдаль летела
Неразговорчивая высь.

Ярилась дикая природа.
То вышлет бурю. То обвал.
И не давала кислорода,
Когда я звёзды доставал.

А я всё шёл. На зов вершины.
Срывалась с наледи стопа.
И прямо в черные крушины
Валилась замертво тропа.

А я всё шёл. Всё выше. Выше.
К вершине той. Наверняка.
На снеговой покатой крыше
Касались света облака.

Всё было вещим в эту пору,
Куда лицом ни обратись…

И я взошёл на эту гору.
И обозначил эту высь.

Люблю двужильных. Не люблю двудонных.
Двуличных не люблю и двухэтажных.
Я больше всё за тех — за непоклонных.
Я больше всё за тех — за непродажных.
Они бывают истинно прямыми.
Стой на своём — они тебе помогут.
Они бывают жёсткими и злыми,
И только подлецами быть не могут.
Без гордой фальши и без позитуры,
Крутые, как вершины на отрогах,
Они хранят достоинство натуры
На трудных человеческих дорогах.

На то и горы разные, чтобы с вершины на вершину восходить.

Жизнь, гора — на которую поднимаются чтобы умереть на вершине.

Гора никогда и никому не покажется неприступной, если смотреть на нее с ее вершины.