Пусть бред живет в моих глазах
И сотни странных мыслей в голове.
Ничего. Пусть я подозреваю в лжи себя.
Память склерозница не покажет мне
События того дня. Твои слова рубали
Мои вены. В депрессии на плесневевшем
Кафеле сидело тело, его было не видно
Вовсе под слоем первой отрицательной.
Ты поверил лживой суке, которая ходила
По рукам, а тебе писала что любит.
Вспомнишь ли ты события того вечера.
Дыхание. Губы были сухие и шершавые.
Тёплый воздух. Пастельные оттенки Неба. Ощущение дыхания меж
Подбородка и ключиц. Минута. Слегка
Порозовела мраморная кожа. След
Зубов. Краски вечера давили на глаза,
Хотя они давно не бывали на месте
Глазниц. Мозги и все важные процессы
Переместились вниз. Стук-стук.
Ощущение биения сердца, но вовсе не
Того что спрятано под своей решеткой.
Другой ритм, другие вздохи легких.
Тусклый свет фонаря умер ближе к
Девяти. Вовсе не имело значение есть ли
Прохожие, закрывая глаза их не
Существует. Пульсировала кровь в венах
В руках, которые ты тянул к своим
Щекам. Внутри была вовсе не буря или
Не шторм. Это было извержение
Йеллоустонского вулкана и позже
Наступила зима и холод. Но не
Вулканическая, а самая настоящая.
Холодная. Сырая. Искры глаз не
Распалят пламя. Ты не найдёшь меня в
Своём телефоне. Среди мыслей больше
Не будет меня. Память обо мне оставит
Лишь тот вечер.
Мой день сентября