Было много попутчиков, разных: скупых советчиков,
игроков и лгунов, любимых и благодетелей.

Говорят, чужаки не проходят порога вечности, но мы с ними совсем не напрасно однажды встретились.
Говорят, что я генератор и слов, и случая, провидение мне в рукав положило джокера.
И одни во мне иссякают, уже не мучая, а другие следы оставляют во мне глубокие.
Я — охотник за памятью, камеры их сердечные отмыкаю, впускаю свет, их пишу в истории.

Говорят, чужаки не проходят порога вечности.
Нет, не все. Только те, кому правда идти не стоило.

7.02.19

Люби меня, пока мы на земле,
пока любовь сильнее прочих сил.

Что стоила бы рукопись в золе, когда ее никто бы не просил?
Все нужное оставив на потом, мы исчезаем, равные нулю.

Я здесь пока, и если ты готов,
успей сказать мне: «Я тебя люблю».

12.02.18

Спасибо за осадок или муть,
за вовремя задернутые шторы.

Есть время для того, чтоб одному шагать с небес в распахнутые штормы. Кормой в шторма нырять, и пить до дна стихию эту, химию молекул.
И выплывать, и быть одним из нас — обычным одиноким человеком.
Спасибо, да, я рыба, я плавник. Я сник, но, оказалось, ненадолго.
Поскольку плавники, по сути, нить морской воды удерживают в доках. Чтоб после — с днища лодок отошла, оторвалась от этих поцелуев.
И там, где был древесный старый лак, оставила слюну свою морскую.
Я рыба, я плавник, я человек, частица в мутной жидкости стакана.

Спасибо, что поднял меня наверх
и что столкнул в глубины океана.

9.03.18

Научи меня не бояться. обнимать, как в последний раз.
Мы — тепло бесконечных станций, пыль дорог на семи ветрах.
Я держусь за тебя так цепко, так сливаюсь с тобой в одно,
Что объятия — это центр, укрепляющий шар земной.
Научись становиться ближе, подходить, замедляя шаг.
Кто-то замер из нас, чтоб слышать, как другому легко дышать.
Кто-то первый решил быть тенью, чтоб другому не быть в тени.
Мы — лишь множество совпадений, притяжение или нить.
Я люблю тебя безысходно — значит, выхода не и…
… показать весь текст …

Выходит крошево, битое злое месиво.
Стараешься — по стараниям воздают.

Чего ты сегодня пульсируешь вся и бесишься, чего не находишь места себе в строю?
А не потому ли, что собственноручно сделала себе воспитателей, церберов и царей
и маешься от понедельника к понедельнику, что им удалось в этом деле поднатореть?..
Так вырви и выжги, отрежь, изведи до мизера, отучи от привычки копаться в твоей груди
и указывать, как тебе рассыпаться бисером перед ними, по прихоти вольными уходить.

Бродишь по крошеву, режешь себя о крошево — скоро уже станет нечего тут ломать.

А все потому что нет ничего хорошего,
если ты не хозяйка себе сама.

Солнце на бабушкиных ладонях, солнечный запах в ее морщинах.
Годы, древесные кольца жизней пахнут весной и немного скорбью.

Бабушка, в прятки: в огромном сердце своем, пожалуйста, отыщи нас, и в наших, детских, не потеряйся — ведь взрослые это зовут любовью?
Бабушка, нет, это я не плачу, я выросла сильной, большой и смелой. Я помню, что солнце в твоих ладонях блестит на линиях по-другому.
В этой весне слишком много смерти, но память сердца, но память тела делают наше светлей и ярче, не позволяя…
… показать весь текст …