Зачеркнута тобою.
Пуст лист. Искрошен мел.
И жизнь — как поле боя,
Который отгремел.

Была игра без правил.
В нее ввязалась зря.
И ничего поправить
И поменять нельзя.

Зачем такая мука?
Вот разве что — урок.
Вот разве что — наука…
Ну да пойдет ли впрок?

Накоплены обиды,
Наломаны дрова…
Но вон на поле битвы
Уже блестит трава.

Римма Казакова

Опять смотрю с надеждою вперед,
Опять, как в детстве безоглядно верю,
Что Счастье принесет мне Новый Год,
Залечит раны, возместит потери.

Болезни, горе, страх, — я все перемогу,
Из ямы вылезу навстречу солнцу, свету
И докажу и другу, и врагу,
Что песенка моя пока еще не спета.

Припав к окну, ищу свою звезду.
Снег падает на Землю величаво.
Грядет единственная Ночь в году,
Когда грустить мы не имеем права!

Наверное, надо любить тоньше,
наверное, можно любить больше.
А я люблю — как живу — неровно:
то слишком мало, то слишком огромно,
чуть слышным шепотом — или громко,
навечно, накрепко — или ломко.
Люблю беззаветно, упорно, верно, —
и незаметно, и откровенно.
Люблю и беспомощно — и уверенно.
Так, как загадано.
Так, как повелено.
Люблю — как воюю и как играю!
Люблю — как будто вот-вот потеряю…
День ото дня — и круче, и гуще,
… показать весь текст …

Как ты — так я. Твое тебе верну.
Вздохну, шагну, живой из пекла выйду.
Я слабая — я руку протяну.
Я сильная — я дам себя в обиду.

И прочь уйду. Но не с пустой душой,
не в затаенной горестной гордыне, —
уйду другою. Не твоей. Чужой.
И присно. И вовеки. И — отныне.

Постарею, побелею, как земля зимой.
Я тобой переболею, ненаглядный мой.
Я тобой перетоскую, —
переворошу,
по тебе перетолкую,
что в себе ношу.
До небес и бездн достану,
время торопя.
И совсем твоею стану —
только без тебя.
Мой товарищ стародавний,
суд мой и судьба,
я тобой перестрадаю,
чтоб найти себя.
… показать весь текст …

Приснись мне, а то я уже забываю,
Что надо любить тебя и беречь,
Приснись, не сердись! Я ведь тоже живая…
Приснись, прикоснись, можешь рядом прилечь…
Приснись мне усталым, покорным, тяжелым,
Приснись, как горячечным грезится лед…
Как снятся мужья своим брошенным женам,
Как матери — сын, а ребенку — полет.
И вот я ложусь, Опускаю ресницы,
Считаю до сотни — и падаю вниз…
Скажи, почему ты не хочешь присниться?
А может, я сны забываю… Приснись…