Вода лежала тяжелая, серая,

мертвоватая такая вода.

И дело не в ней, Герберт, дело в нас.

Мы слишком ждем проявлений мира, забыв, что миру нечего проявлять. Это просто пустые белые стены в темной комнате. И только ты или я, мы — источник света решает, чему скакать по этим выбеленным пространствам, а чему — не быть.

Вода будет серой и грязной до тех пор, пока мы не дадим ей жизнь, брат.

Ну, может, не так буквально, как фараоны с их ритуалами плодородия,

но пока мы не дадим ей жизнь.

В моём окне печальный клоун,
В слезах и расфуфырен нос,
Он в стёкла лезет тёмных комнат
И просит синих папирос.

Я не пророк, не ясновидец,
Не верю в тысячи примет,
Его слепой во тьме увидит,
А ты ответила мне: «Нет».

Ваш цирк сгорел, какая шутка,
Мне он страдальчески изрёк,
И вытащив с кармана дудку,
Устало выдул пузырёк.
… показать весь текст …