пасает ночью длинный номер мамин,
но только понимаешь, повзрослев,
шрамы не болят, напоминают,
что их раньше не было совсем.
лампа на столе горит минаем,
к стихам подходит так гитарный бой.
шрамы не болят, напоминают
о тех, кто причинил когда-то боль.
шрамы не болят, не лечит время,
и счастливы, кто это не открыл.
только как обиду всю измерив,
оставаться честным и простым?