С тобой я неохотно говорю…
Обманчивая близость слов твоих,
Плетеньем их придуманный уют,
Ни счастья, ни несчастья на двоих —
Мне ни тепло, ни холод не несут.
И пустота в привязанности мнимой,
И ум твой, и циничный, и холодный,
В душе моей уже не разделимы …
И снова сердцу суждена свобода.
И не со мной одною так случалось —
Когда умом холодным сердце остужалось.
Вроде всё как у всех: по утрам бутерброды и кофе,
На работу, с работы — привычный размеренный быт.
По субботам — на дачу, воскресный пирог — у свекрови.
Только вот на душе подозрительно часто свербит.
То заноет, как старые кости к дождливой погоде,
То защиплет, как будто попавший в царапину йод…
Тот, кого не люблю, всё никак от меня не уходит.
Тот, кого не забуду никак, никогда не придёт.
Если я не твой человек, почему ты решил, что ты мой.
Мой — это мой, а твой — это твой. Мы не плохие и не хорошие.
Просто разные и это естественно. Не совпадать — это нормально.
Не удержать того, кто не ответит взаимностью.
Не сохранить доверие той, что призналась в глубокой симпатии…
…когда предлагаешь превратить чувства в источник вдохновения.
#1048172 ............Ему хотелось поиграться в страсть, Она хотела, чтоб ее любили…
Небес вероломство и судеб злодейство,
Твое — пенелопство, мое — одиссейство.
Как в давние дни той эпохи троянской,
Пространство — одним, а другим — постоянство.
Душа без души мы, и тело без тела.
Не скажешь: «Пиши мне», — мы в разных системах.
Пространств кривизна там сложна бесконечно,
И встретиться нам невозможно, конечно.
Но в час, когда пью за чужими столами,
Я вижу в краю твоем светлое пламя.
В минуты такие — особенно грубы,
Там — руки мужские, здесь — женские губы.
Уж осень на душу легла
Ковром пожухлым.
Листвою ржавой замела
Костер потухший.
Все перекрасила дома
В цвет увяданья,
Все перепутала слова
Для оправданья.
Не пересекшихся путей
Опустошенность,
И обреченную людей
Разъединенность
В закона ранги возвела,