Путь из точки до вечности
Слова не считаются
Болезнь безупречности
От неё и спиваются
Красота предсказуема
Злость обоснована
Я думал все кончилось,
Но опять все по новому

Разум когда-нибудь победит
Что-то заставит взять себя в руки
Я зря на небо грешил
Оно не скучает, оно умирает со скуки
… показать весь текст …

Сколько женщин я искал как потерявшийся пес, идя по их следу ради какой-нибудь таинственной черты: широко расставленных глаз, профиля, словно вырубленного из кварца, бедер, живущих, казалось, своей собственной жизнью, голоса, мелодичного, словно соловьиные трели, тяжелого водопада волос… Какой бы неотразимой ни была женская красота, она поражает нас одной-единственной чертой. И черта эта — а она может быть и физическим недостатком — становится часто столь непропорционально огромной в сознании воспринимающего, что в сравнении с ней все, что составляет эту ошеломляющую красоту, превращается в ноль.

Важно не то, кто на тебя наехал. Важно то, кто за тебя вступился.

Люди с так называемой «душой нараспашку» лишены острой и блаженной сосредоточенности молчания; не задерживаясь, без тонкой силы внутреннего напряжения, врываются в их душу и без остатка покидают ее те чувства, которые, будучи задержаны в выражении, могли бы стать ценным и глубоким переживанием. А. Грин, «Возвращенный ад»

Мужик — он, обычно, преданный
И верный домашний зверь,
Но мир, такой неизведанный,
Скрывает входная дверь.
Его любопытство мучает,
И может, в какой-то миг,
При первом удобном случае,
Сбежит от семьи мужик.
Трагической этой пьесе
Печальный присущ конец —
Agere sequitur esse*,
Causa finita est*.

Agere sequitur esse* (лат.) — действие вытекает из бытия
… показать весь текст …

Отказаться от привычек, обрести новый ритм жизни — простое средство, знакомое еще древним. Оно безотказно. Сломай изношенные шаблоны, до конца порви устаревшие связи — и дух вырывается на свободу, находит новые направления, иным напрягает твою волю, дает новые заветы. И вот теперь я с огромным удовлетворением замечал, как преобразился мой разум, как он заискрился, как мысли мои ринулись во все стороны.

Бога мы сердим нашими грехами,
Людей — достоинствами.

Откровенность — даёт нам выговориться и обрести внутри себя некий покой… Но всё-же чаще, она влечёт за собой не очень хорошие последствия для нас.

(Есть женщины, которые никогда не стоят обнаженными перед зеркалом, женщины, пугающиеся, съеживающиеся от сознания притягательной мощи их тела, они боятся даже запаха его, предательского запаха. Есть и другие — любуясь собой в зеркале, они еле сдерживаются, чтобы не выскочить вот так, нагишом, за двери и не предложить себя первому встречному.)

— Да разве кругом нас люди живут?
— Батюшки! Да кто же, по-твоему?
— Волки да овцы. Волки кушают овец, а овцы смиренно позволяют себя кушать.
— И барышни тоже волки?
— Самые опасные. Смотрит лисичкой, все движения так мягки, глазки томные, а чуть зазевался немножко, так в горло и вцепится.

Ты знаешь, а люди похожи на разные окна
Одни кристально чисты
Сквозь другие свет струится немножко
Одни крепки — калёное стекло
Других лишь тронешь — вдребезги оно
Одни ровны — сплошная тишь да гладь,
А в кривизне других — ни зги не разобрать
Одни — лишь отражают блеск ночных огней
Другие — сами светятся мир делая светлей
Одни все время наглухо закрыты шторой
Другие настежь круглый год в любую пору
Одних — венчают роскошь витражи
В других — стекло совсем простой цены
Бывает, что окна ка люди ревут со слезами
… показать весь текст …

Жизнь станет развитием, а развитие — процесс бесконечный и непрерывный. И ужаса исчезновения в человеке не останется, потому что распад и смерть есть продолжение развития. В семени было его начало, в семя он и вернется. Начала и концы — ступени вечного движения. Все на свете движение… Путь… Дао…

Не допускайте к власти униженных и оскорбленных!

Мы так просто обрываем связи.
Мы так быстро забываем лица.
Чтоб уверенно из грязи в князи,
Даже позабыв порой проститься.
Мы бредем по времени на ощупь,
Опасаясь собственных желаний.
Ограничивая дни и ночи,
Режем нить грядущих расставаний.
Сразу. И ни вздоха. Ни проклена.
Только вечность беспросветных завтра.
Но зато без боли, без урона.
И без чувств, без веры, без азарта.

Откажи человеку и ты узнаешь какой он.

Вчера я наконец-то решилась посмотреть фильм «Фея» Анны Меликян. Ожидала я нечто похожее на романтичный фильм. Но я была крайне поражена после просмотра, давно я не испытавала такую бурю разных эмоций.
И вот одна мысль так и не даёт мне покоя уже второй день: Насколько же тонкая грань между увлеченностью чем-либо или кем-либо и фатальным фанатизмом. Когда ты можешь быть прекрасным творцом и безжалостным разрушителем. Именно поэтому я всегда избегала общения и общества тех, кто проявлял безжалостный фанатизм в любом вопросе. Я действительно боюсь таких людей, их глаза полны огня, который не греет, а испепеляет все и всех вокруг.

Старыми нас делают рамки в которые мы сами себя загнали.

Не всё что сказано оказывается правдой,
И то, что так блестит не дорого ценой…
Я знаю только доброта людей спасает,
А вера справится с бедой!

Ты учил меня людям доверять,
В любви и в дружбе., всем подряд…
Но с каждым разом тяжелей прощать,
Когда предают «они» душу опять…
И сердце пряча дикую боль,
Подальше, чтобы никто не заметил
Играешь шута на сцене роль.,
Потом антракт и унесет печаль мою ветер!

Есть крайне мало людей, с которыми я могу оставаться в одной комнате больше 5 минут, не чувствуя, что меня потрошат.