Настоящая сила редко шумит. Она не доказывает себя громкими словами и не ищет повода для конфликта. Но её чувствуют почти мгновенно. Человек с крепкими внутренними границами словно говорит без слов: «Со мной можно разговаривать, но нельзя переступать через меня». И это считывается окружающими гораздо быстрее, чем внешняя уверенность или физическая сила.
Многие с детства привыкли считать гнев чем-то неправильным и старались подавить его любой ценой. Но подавленная агрессия не исчезает — она либ…
Другой — всегда тёмная бездна. Как ни изучай законы психики, логики, любого человекознания — за тонкую мембрану иной системы существания никогда не проникнуть до конца. У каждого — свой способ сборки. Порой, человек сам не способен собрать свои части в единое логическое понимание, будто части пазла разлетелись на слишком уж обширной территории.
Другой — иероглиф с индивидуальным ключом шифрования. Самым, пожалуй, сложным…
Наступает время, когда при подъёме на четвёртый этаж и спуске с лестницы, можно по-разному свой возраст ощущать.
При спуске чувствуешь себя лет на десять-пятнадцать моложе.
При подъёме, когда в руках сумки по 3 кг в каждой руке… Чем выше — тем старше.
Если лифта нет.
Редкие дни бывают, когда лёгок на подъём.
А в обычные… Эх! Нанометлу ещё не изобрели!
Некоторые китайские компании удерживают сотрудников котами. При трудоустройстве сотрудник получает кота, ему также компенсируют расходы на корм. Но при увольнении кота надо вернуть. А к этим ушастикам так быстро привыкаешь. Я бы глядя прямо в глаза работодателю честными глазами, соврала бы, что кот сбежал.
Сгореть без остатка, оставив лишь свет во Вселенной,
Сквозь бездну пустот прочертить свой единственный след.
Коснуться безумства красы неземной, сокровенной,
И в Божьем молчании главный услышать ответ.
Зажечься в небе, раствориться днём,
Проплыть в тиши от края и до края,
Узреть красу в смирении святом
И Божий свет принять, в любви сгорая.
Не кануть в бездну, не превратиться в прах,
А стать прозрачным, как святая осень.
Оставив память в чьих-то тихих снах,
Где ткач-рассвет укутал неба просинь.
Мы — только искры Творческого сна,
Что сорвались в земную колыбель.
Но сквозь лавины видится весна,
А в горьком стоне — птичья трель.
Семьдесят шесть. Черта. Веха. Рубеж.
Последний этап — не пугает, не режет.
Ты знал, что семьдесят пять — это дверь,
Где кончается рост и приходит теперь
Не страх — понимание.
Не боль — различение.
Что тело стареет. Что это — течение.
Река, что несёт от порядка к распаду,
От формы — к бесформенности. И не надо
Довольно стонет Алевтина:
Откуда взялся ты такой?
На редкость чувственный мужчина,
К тому ж ещё и холостой.
Довел мгновенно до оргазма,
Когда по счёту заплатил,
И не скрывал энтузиазма:
«Я счастлив, что Вас пригласил».
Ведь деве нужно очень мало:
Ни треп, ни лоск, ни внешний шик,
А чтоб душа её признала:
Нормальный встретился мужик.