Ты с детства ничего не боялась, а потому все тело твоё в шрамах, сердце в огне, а душа в заплатках.
Ты сама себя столько раз лечила, а после снова неслась в новые приключения, окунаясь в свой мир чувств с головой.
Вот только разбитые коленки в детстве заживали быстро, не оставляя никаких следов, а после ножей из-под рёбер, которых пришлось тебе вынуть из себя немало, такие теперь уродливые на сердце полосы, что не дай Бог притронуться случайно — заболит.
Ты давно привыкла себя собирать по кусочкам, зашивать и штопать, а потому в твоей дорожной сумке всегда лежат нитки с иголками, отнюдь не для починки одежды.
И, кажется, тебе, что ты устала, что собирать у тебя внутри уже нечего, что все разрушено и переломано, что все мечты и надежды, как старые дорожные карты, стёрты до основания, а все равно летишь к огню.
Ты иначе не можешь.