Плещется яд больной души на дне стакана,
И будет полночь, я и ты — немного пьяный,
я знаю, это не любовь, это микстура.
Прошу, ты не злословь потом, что я, мол дура,
прошу тебя, не говори, что я не знаю,
чего хочу, о ком грущу — недосягаем,
И хоть кричи сычом в ночи — вовек не будет,
но полночь, ты и я — давай забудем…
Красиво это на словах, а в жизни — слякоть,
ноябрь почти вступил в права туманом плакать,
а пустоту эрзац-любовью не заполнить,
я помню, как должно бы быть, я помню.
А так — да от стыда сгорать в чужих объятьях,
ты сердце ищешь, как дурак, под белым платьем,