На порванных струнах фальшивит ноябрь,
сетчатка дождя стекленеет зеркально,
и сыплется звонко рябиновый град,
растаяв по капле в бокале хрустальном.
Особенно нежно курлычет минор,
в тугой невесомости солнечных кружев,
тягуч в трансе холода скорбный аккорд,
который похож на пять полых жемчужин.
За скобками бездна случайных имён,
твоё не забыть … /от бессилия тошно…/
Я сотню раз именем этим клеймён,
что выжить сегодняшним днём невозможно.
Наркозная боль притупилась … нельзя
покапельно впрыснуть надежды глоточек,
ведь сумма потерь идеально равна
рассыпанной грозди рябиновых точек…
Стирается год … будут встречи ещё
в астральноозябших придуманных строках,
глумится /за кадром листка/ вороньё
не птицей охрипшей, а хищным койотом…
Песок…
… вожделение…
…сонная рябь…
эфир криком чайки пульсирует где-то…
__________________________
До нерва тончайшего сердцем озяб,
межзимье вкушая на уровне клеток…