Предисловие к книге Себастьяна Хафнера «Некто Гитлер. Политика преступления», 1978 г.

… Гитлер как раз крайний и самый яркий пример политика, ставящего свое личное сознание избранности выше всего…

Днем товарищество было счастьем. Вне всякого сомнения, в таких «лагерях» процветало своего рода счастье — счастье товарищества. …вместе со всеми делить ответственность за те или иные проступки… ничем не отличаться друг от друга в широком, грубовато нежном потоке надежной мужской дружбы, мужской доверительности… Кто посмеет отрицать, что все это счастье? Кто посмеет отрицать, что в человеческой душе живет настоятельная потребность, жажда этого счастья и что в нормальной, гражданской, мирной жизни…
… показать весь текст …

… кто он — тот, из-за которого мне пришлось бежать из своей страны? Кто смог превратить мою Германию, народ Гете и Гейне, Фонтане и Вирхова, в шайку оголтелого, зверского хулиганья? Как ему это удалось?

… интеллектуалы фашисты, бывшие приятели «одного немца», ставшие опасными врагами, с которыми ухо над держать востро.

… уверенному в том, что «мир — это его представление о мире», а если не так, то тем хуже миру. Гитлер закапсулирован. Не раз и не два Хафнер пишет: этот его поступок, это его решение — загадочны, почти необъяснимы.

Тактика ошеломительных успехов, когда политик внаглую нарушает все правила политической игры, да и просто человеческого общежития, бьет первым и, не обинуясь, прихватывает себе то, что плохо лежит, на первых порах не может не принести успех, тем жутче и катастрофичнее будет поражение, — такой вывод можно сделать из книги Хафнера.
Причем поражение это ударит не только по лихому и бессовестному авантюристу, но и по всем тем, кто вольно или невольно вступил вместе с ним на тропу чудесных достижений и успехов. Кара неизбежна. Бог долго терпит, да больно бьет. (Интересно, что эквивалента этой русской пословицы нет ни в одном европейском языке.)