Каменные клены

Я пишу в никуда, потому что никуда всегда отвечает, в отличии от всех остальных.

Куда бы ты ни пошла, тебя везде ждет пустырь, заросший яростной сурепкой, но не потому, что ты ищешь его, а потому, что носишь его с собой.

Мы — то, чем пытаемся притворяться. Надо быть осторожнее.

Потому что, когда любишь кого-то, то знаешь о нем странное, и чувствуешь дикое, и видишь весь его дремотный ил, и зеленую донную мглу, и слепнущую в нем небесную силу. Но ты не боишься, все странное представляется тебе объяснимым, а дикое — почти что ручным, и если тебя спрашивают: как ты это терпишь, или просто — каково это? Ты даже не сразу понимаешь, о чем речь…