На дворе зима. Деревья в снегу. Небо в тучах. Земля в калошах. Дома присели на корточки — им это очень нравится. Автомобили буксуют, а пешеходы
бьются об лед и ломают головы.
Одну такую, поломанную… Я видел вчера и она меня удивила. Никогда не думал, что у людей… А это был человек… Такие прекрасные головы. Мешала лишь шляпа, лежащая рядом. Слишком пестрая.
Но все равно, это было прекрасно. Как и старик в телогрейке, прилипший от мороза к трубе. Чтобы убедиться, что и он прекрасен, я ткнул его пальчиком, но он даже не шевельнулся. Вероятно — умер.
Мне и труба понравилась. С длинным острым концом, поджидающая прохожих… Которые поскользнувшись… И упав на нее… Тоже бы стали прек-
расными.
Я смотрю вокруг и понимаю, что мир прекрасен. И все в нем прекрасно, в этом прекрасном мире… От треснутых голов до старикашек, прилипших к
трубам. «Прекрасно! Прекрасно Прекрасно…» — говорю я на всю планету, но почему-то никто не слышит. Оглохли что ли?!
А на дворе зима… И земля в калошах.

Кажется — цепь
причин и событий,
на самом же деле —
летящая в сердце
ниточка жу-
равлей

Лицо бежало по слезинке
и не могло остановиться,
а человек стоял и думал,
за что такой неумолимый
ему Господь назначил путь

Тени влюбленных
уравновешены снами
рыб

Во
мне
еще ночь,
а на улице светит
солнце, а рядом
шумит вертикальное
море — вот так,
сломав горизонт,
становишься но-
сорогом

Тяжелые слитки, что он нес на себе, число которых росло с каждым днем, поражало многих вызывало недоумение: «Какая сила помогает ему — этому странному человеку в черном?!»
Но, несмотря на жестокую ношу, он продолжал свой путь, не допуская и мысли — посмотреть в небеса и спросить: «За что ты, Господи?».
Временами ему дозволялись паузы, когда он мог стряхнуть свою ношу на время, присев у ближайшего дерева, камня, моря…
И тогда он брал в свои руки один из первых попавшихся слитков и гладил его… Ка…
… показать весь текст …

Цвет
твоих глаз
наполняет деревья
осенью, небо —
золотистыми об-
лаками… Меня —
светлейшей грустью
озер

Забавно смотреть,
как море ныряет
рыбами, лес
находит себя
в деревьях, дороги
кочуют шагами
в идущих, а где-то
на лошади мчится
степь

В темноте беспросветной,
в моей нескончаемой тьме
зажигаю тебя я, любимая,
как свечу зажигаю, любимая,
как свечу я тебя зажигаю,
чтобы увидеть
себя

Если
во лжи
нет ни капли правды,
то это — правда

Ходишь по свету
со свитой туземцев,
которых никто
не видит, но я
всегда ощущаю
запах тропических
хижин… Ты просто —
женщина

Посмотри,
как растеряна
стрела, угодившая
в цель

Вчера я встретил пингвина. Он стоял на углу и плакал. А вокруг было много людей, довольных, как апельсины. (Почему так устроен мир, что когда одним больно, другие ничего не чувствуют).
Я опустился рядом с пингвином и тоже пустил слезу… Исключительно ради принципа. Пингвину это понравилось и он расплакался пуще прежнего. Чтобы не уступить, я прямо на улице закатил истерику.
Это подействовало и постепенно из толпы стали отделяться субъекты, тронутые нашим дуэтом. Они подходили, сначала не очень…
… показать весь текст …