Теперь дети не играют, а учатся. Они все учатся, учатся и никогда не начнут жить. Все это так, а жаль, право, жаль.
Теперь дети не играют, а учатся. Они все учатся, учатся и никогда не начнут жить. Все это так, а жаль, право, жаль.
Я люблю, когда недели белые,
как листы — в них ничего от памяти,
только город — летний, обгорелый,
хулиганом пляжным горлопанит.
Я люблю так жить, как будто нет меня,
это просто в мире равнодушия,
это просто в нашем странном времени,
где все души словно безделушки.
Я люблю то чувство равновесия
на канате боли и сомнений,
на канате — посмотри, вот весь я,
без страховки и без заземления.
Я люблю начаться и закончиться
без стихов — и некому, и нечего.
Вдруг на бегу остановиться,
Так,
будто пропасть на пути.
‘Меня не будет…' —
удивиться.
И по слогам произнести:
‘Ме-ня не бу-дет…'
Мне б хотелось
не огорчать родных людей.
Но я уйду.
Исчезну.
Денусь.
Меня не будет…
Будет день,
быть котом хотели
вероятно все
в шесть утра зимою
в средней полосе
Где-то в городе огромном
Или маленьком селе,
Где-то прячется укромно
Твой особый человек.
Он готовит чёрный кофе
Или пьёт зелёный чай,
И поглаживает кошку,
Улыбаясь невзначай.
Его будит звон трамвая
Или крики петуха.
Ничего не успевая,
Собираясь впопыхах,
По делам своим несётся
Твой особый человек.
Надоело наклоняться бодро,
словно над колодцем, над собой
и вопросы, как пустые вёдра,
в душу опускать, забыв покой.
Восхищённый облаками мая,
растянусь среди травы большой…
Пусть Европа голову ломает
над моей загадочной душой!
Нафига, нафига, нафига, нафига,
Нафига осьминогу восьмая нога?
Что он делает этой восьмою ногой
Из того, что не мог бы он делать седьмой?
Роет ямы, танцует на ней или чё?
Ловит рыб, отбивается, чешет плечо?
Разбегается, прыгает, машет во тьму?
Пусть бы так, но я вот ещё что не пойму
Третьи сутки подряд: нафига, нафига,
Нафига осьминогу седьмая нога?
Может, это, конечно, дурацкий вопрос…
Может, я до ответа ещё не дорос…
Но уверен, когда мне исполнится семь,
Пропадёт интерес к этой теме совсем,
Держи баланс и сам себе наскучь,
держи лицо и бей по наглым рожам.
Внутри клубится месиво из туч,
так будь собой — как гром неосторожен.
Пока все ищут таинства зимы
и вспоминают сказки из ванили,
припоминай, как замерзали мы
без тех, кого отчаянно любили.
Они себе воздвигнут пьедестал,
чтоб с выси демонстрировать усталость,
так усмехнись — закончились места
в почётных караулах пьедесталов.
И выпрямись, и подбери соплю,
всех, больше чем просили, понимавший.
Здесь каждый за себя, собою сыт,
здесь женщина стоит,
понурив плечи.
Как сделать легче ей подножный быт,
как я могу ей руки сделать легче,
чтобы взлетели к солнцу, высоко,
в желании, готовности объятий.
Здесь женщина стоит, как колосок
на поле дней, трагедией измятом.
Как в поле том (как будто бы на ней)
поднять сады, коль поле то бескровно?
И в этом — распадение семей,
и в этом — роковая обреченность.
Как я могу? Но я не знаю сам
Подарки. Тосты.
Родственники. Подружки.
Стая салатниц летает вокруг стола.
Бабушка, у тебя была любимая игрушка?
Бабушка, ты меня слышишь?
Слышу. Была.
Кукла. Тряпичная.
Я звала её Нэлли.
Глаза с ресницами.
Косы. На юбке волан.
В тысяча девятьсот двадцать первом мы её съели.
У неё внутри были отруби.
Целый стакан.
Какая встреча! Бывший мой мудак.
Мне вспомнилось шальное наше лето,
Где сердце от восторга билось так,
Как будто я бежала эстафету.
Где в паутине карамельных слов
Залипла я как муха — было дело.
Теперь я не влюбляюсь в мудаков,
Спасибо за науку, повзрослела.
И поумнела. Грустно и смешно —
Со мной не заварить любовной каши,
Мне скидки на кастрюли и вино
Гораздо интереснее страдашек.
Стареют вещи, дом, любимые стихи,
счастливый шар вчерашней лотереи,
кора деревьев с запахом трухи,
песок, земля и небо — все стареет.
Стареют, не меняясь, голоса,
но узнаешь и слышишь их иначе,
стареет за диваном полоса
ремонта давнего с попойками на даче,
стареет музыка, присохшая к губам,
не забывая нашего начала,
стареет лестница, ведущая к дверям,
возле которых сердце замирало,
дед мороз, борода из ваты,
я не верю в тебя, уже поздновато,
я вырос, конец, finita, the end,
на моей стене — репосты про тлен,
в подъезде накурено,
в городе — слякоть
мне не с кем пить и некого трахать,
мандарины не пахнут,
музло не качает,
малолетки понтуются,
что-то крича и
видя во мне гнилой раритет,
исчезают с хохотом.
слушай, дед,
«Знай же, Маленький Принц!
Знай и помни: в ответе,
ты в ответе на этой
и всякой планете,
ты в ответе за всех
тех, кого приручил!» —
Голос Лиса горчил.
Лис был мудр. И он знал:
В жизни много страниц,
и легко не заметить,
что забыты советы,
и как солнечный ветер
улетаешь на смех
и на шёпот в ночи…
Не судите людей лишь за то, что они болваны —
Безрассудны, бездарны и слишком глупы порой —
Это просто у нас на душе тяжело и рвано,
Ну, а им — хорошо. За бульварною мишурой.
Не судите людей. Не кричите в сердцах, в азарте.
Лучше просто любите. Любите, как целый свет —
Оправдание дурости их — в медицинской карте.
Оправдания нашей жестокости — просто нет.
Что мотаться странами и селами,
что искать в плацкартных или люксовых?
Ты без них умеешь быть веселым
и губу от горечи прикусывать.
На душе порой такие странствия —
хоть все двери в доски заколачивай.
Хочешь слез — лови дожди октябрьские,
хочешь смеха — строй из тела мачты.
А захочешь вдруг литературного,
собирай на теплом сердце бурю,
доводи девчонку до безумия,
от горящих глаз ее прикуривай.
Как сорвешься (ну, допустим, поездом),
проводнице расплети все косы,
Солнце падало в море, раскаленный малиновый круг,
И кипящий прибой растекался по черным камням,
По сырому песку… Ты сказал: «Позвони, если вдруг…»
Только вдруга не будет, ты знаешь не хуже меня.
Будут сотни седых потомушт и бескрылых на кой,
Будет липкое поздно покрытого ряской пруда,
Но расхристанный вдруг не ворвется в уютный покой:
Он подрос, возмужал и зовется теперь — никогда.
Жизнь прекрасна и легка,
Разноцветная река.
Мне четырнадцати нету
И не будет сорока.
Жизнь промозгла и нудна,
Тиной тянется у дна,
Между крыльями и пылью
Все барахтаюсь одна.
Жестко щелкнул календарь,
Стрелка прыгнула в январь,
Слово «сорок», серый морок,
Отвратительная тварь.
Хочу туда, где белый-белый снег
И по сугробам зимним мчатся санки,
Где домики как пряничные замки
Из сказок про какой-то прошлый век.
Где бабушка печёт в печи пирог,
Тихонько напевая песню детства,
Лелея этот тёплый островок
С январскими ветрами
по-соседству.
Крючки, моточек ниток на полу,
Всё то, чего так сильно не хватает
И руки сами тянутся к теплу
И сердце ждёт чего-то,
замирая.
Учёный кот завёл себе собаку
и обучил её всему, что ведал сам:
как видеть то, что напрочь скрыто мраком,
и как не видеть вредное глазам,
любить мышей — до боли в хрупких тельцах,
любить себя — до судорог души,
и голосом, подслушанным у Пельцер,
петь про спокойной ночи малыши.
…Как объедать чужое по краям,
чуть что — кричать «карету мне, карету!»,
и лишь воображаемым друзьям
читать стихи и доверять секреты.
Евгений Снежин -Бригиневич1..
Мудрец тогда мудрец,
когда способен
преодолеть молчаньем настырную
крикливость дурака.
2...
Инга Мацкевич- Смысла то нет, а вот как с рубцами в душе и на сердце ?!? - Память нет-нет а напомнит им... (... )
MagistikaК сожалению.
В более широком смысле:
«После нас хоть потоп» (фр. Après nous le déluge) — выражен...
Двенадцать струнФинал - посмеялась...))
Двенадцать струнЭдгара По и Гоголя я очень любила в школьные годы... Гоголь - это единственный писатель из школьной...
ВирджинияПрошлое. Настоящее. Будущее. Хорошо, что в разное время.
ВирджинияТолько бы наша сегодняшняя реальность не превратилась в добрую сказку-быль. Но помешать ходу истории...
MagistikaЭто современная африканская история.
Поэтому сравнивать эти два случая некорректно, я считаю.
MagistikaМариам Набатанзи Бабирье (родилась около 1980 года) — угандийская женщина, известная как Маама Уганд...
Николай ДруговМудрость в том, чтобы сказать кратко, но понятно...
Алексей ЛобачёвВ каждом анализе есть свои нюансы. Для некоторых сайтов принцип "казино" выгоден, как и некоторые ра...
Тай НочкаНу вы же сами сказали, что с женщинами не бывает просто) Значит и женщин без интриг не бывает, прост...
#980721 Удалить авторство © Михаил Юрьевич Лермонтов 245?
#248818 Повтор публикации #71773?
#70017 Повтор публикации #30436?
#2060 Повтор публикации #1312?
#625083 Повтор публикации #478543?
#532206 Повтор публикации #448206?
#478543 Исправить текст публикации?
#476247 Исправить текст публикации?
#334714 Исправить текст публикации?
#248883 Повтор публикации #193139?
все ⮕
Поликсена 11 июля получила Серебряный жемчуг
Владимир Шереметьев 10 июля получил Белый жемчуг
Agent1 Provocateur 09 июля получила Белый жемчуг
Иридарья 07 июля получила Белый жемчуг
Борис Аникин 3 06 июля получил статус автора
Tatyana Schastye 06 июля получил(а) Черный жемчуг
Andrey Gapoian 05 июля получил(а) Красный жемчуг
Александр Юдин 4 04 июля получил Белый жемчуг
Кэтти22 04 июля получила Белый жемчуг
Agni _ sk 01 июля получила Белый жемчуг