Тигруля

Когда человек делает то, что ему действительно по душе, он очень красив.

Когда люди приходят в этот мир, им не выдают инструкции, куда идти и что делать. Они бродят тут какое-то время, а потом уходят… Дрейфуют, а потом исчезают, оставляя место для новичков.

Когда награда даётся легко, то руки ещё не окрепли настолько, чтобы её удержать; и сила в них появляется только в результате тяжёлого труда и после множества побед.

Жалость к себе скоро оборачивается безжалостностью к другим.

Я в руке незаметно сжимаю
Всего один билет.
Я смотрю на тебя и не знаю —
Вернёшься или нет.
Мы с тобой о разлуке когда-то
И думать не могли.
Я себя убеждаю — так надо,
А надо ли?

Я буду очень по тебе скучать
Каждый день и вечер каждый,
Буду помнить о твоих больших,
Ласковых руках.
Я буду очень по тебе скучать,
… показать весь текст …

Берегите друг друга, любите друг друга, разговаривайте как можно дольше с друг другом, пока не настало время конца, и не оборвало вам счастье в неожиданное для вас время.

Открыть сердце для любви — это как взбираться на скалу без страховки, причём не ради того, чтобы увидеть красоту мира с вершины, а из-за радости самого подъема. И боль в кровоточащих пальцах — неотъемлемая часть этой радости.

Внутри каждого из нас живет трус. Тряпка. Паникер. До поры до времени он прячется. Но едва возникнут подходящие обстоятельства — наносит удар. Потом снова прячется. Так что даже не понимаешь, откуда все прилетело.

в макияже и без, в одежде и без одежды,
развеселую, хмурую, шумную и без слов.
и когда ты бываешь усталой, тревожной, нежной,
и смешной; и растрепанной после коротких снов.

утром, вечером, ночью, и в сумерках темно-синих,
через год или два, через день, или 300 лет,
у весенних цветов, летним вечером, ночью зимней,
на закате багровом, в туманный слепой рассвет…

да и как бы там ни петляла твоя дорога,
жадно любишь весь мир целиком, без остатка. весь!
просто веришь в мечту, в чудеса и (наверное)
в Бога,
… показать весь текст …

В человеке — не вообще в человеке, а во мне лично — катастрофический дефицит любви. Любить-то мы готовы, но только чтобы нас не бесили, не дергали, не злили, ни о чем не просили, не перегружали, не наступали на наши мозоли, вовремя оставляли в покое, давали нам больше, чем даем мы, или хотя бы столько же… Вот и приходится, зная это за собой, любить, сцепив зубы.