Осенний Джаз

Какая печаль обреченности и тоска…
Насколько нас любят любимые, если врут?
Мрак мой, нет, я не буду тебя искать.
Я знаю, что ты — вокруг.

Мы когда-нибудь встретимся — на тропе судьбы. У тебя будет каштанового цвета волос. Ты устанешь от вечной людской борьбы и полюбишь мой нежный голос. Ты не будешь грешен, не будешь свят. На меня посмотрят наполненные добром глаза. Я в них буду тонуть сотни лет подряд, наблюдать, как светится бирюза. Мы построим дом, разобьем сады, будет веять вишней в июньский зной, пусть дорожки стелются ковром лебеды, обниму за плечи тебя. Ты мой. Ты не то, что мой на четыре часа. Навсегда. На метели, дожди и …
… показать весь текст …

не обнимай — загонишь мне ножи
лишь глубже в тело; дверь захлопни — дует.
благодарю за то, что всё же жил,
терпя мою любовь
(no one can do it)

в моей душе и бог сидит, и бес:
я обращаюсь вежливо, на «вы» к ним.
мы не смогли бы вместе — значит, без
друг друга лучше.
стало быть,
привыкнем.

Я тебя не найду ни в проулках снов,
Ни в чертогах зим, ни на полях страниц.
Просто однажды утром, открыв окно,
Красный рассвет закапает на карниз.

Я тебя не найду ни у алтарей,
Ни на одной из душных платформ метро.
Просто однажды в ворохе спелых дней
Руки вдруг перестанут хранить тепло.

Я тебя не найду ни в одной из книг
И ни в одном из схожих с твоим имен,
В списки погибших и выживших не проник
Твой лучезарный профиль и дерзкий тон.
… показать весь текст …

До зари остаётся только вдох.
Облака первый луч настиг врасплох.
Всё как всегда, опять игра в закон.
Качели вверх, качели вниз — закон.
Вот и я зацепился за края.
Не держусь, трачу, не даря.
Между грязью и красотой,
Между чудом и тьмой,
Возвращаюсь своей тропой
Домой.
Мир банален и глуп.
Чтобы внять дураку,
Я пытался не раз,
Доказать что смогу
… показать весь текст …

Ты хочешь уметь забывать имена и лица,
И пусть они были бы все донельзя красивы.
Ты хочешь в стихах не тонуть и не материться.
Не рвано писать, а фигурным таким курсивом.

Вот кажется, хочешь быть морем — оно свободно,
Оно не зависит от лиц и имен тонувших.
И пусть бы ко дну шел в волнах твоих кто угодно.
Но впрочем… себя не обманешь. Признайся, ну же!..

Ты хочешь быть морем, чтоб о’н никогда не выпил,
В тебе чтоб тонул он, но не помогали б снасти.
И чтоб от воды тяжелы его были крылья:
Взлететь чтоб не мог, не искал в поднебесье счастья.
… показать весь текст …

Я напишу тебе блюз,
я подарю тебе свет.
Может, однажды приснюсь
и задержусь в твоем сне.
Тая от близости губ,
запоминаю их вкус.
Терпкость добавлю в строку
и допишу свой блюз.

Это мой первый раз —
мятных губ твоих вкус.
Это твой первый джаз.
Это мой первый блюз.

Ты — василиск,
и я целую твои глаза.
Горек и сладок риск,
в жилах кипит азарт.
Ты закрываешь дверь,
я — срываю замок.
Ты говоришь: ''зверь''.
Я говорю: ''Бог
отпустит мои грехи.
… показать весь текст …

Оттого, что дождь который день бьет плашмя по темени и нервам,
Ночь меж ребер паникой сочится — терпко-кислой, как вишневый пунш,
Ты в меня вползаешь, как мигрень. Я в тебя — любой прохожей стервой,
Прячущей апатию в ресницах и несущей приторную чушь.
Потому что страшно потерять всё, что есть. И замолчать об этом.
Проще жить, упрятав за ухмылку результаты следствий и причин.
Только память взбесится опять, врежет в лоб тугим своим кастетом,
Раздробив любимую копилку проходивших сквозь меня мужчин…
… показать весь текст …

ей без него не дышится, не поется, слепо глазам от слез за глухой стеной. где-то в другой вселенной светло от солнца, только она довольствуется луной. в каждой строке acapellа мотивы ветра, небо в дождливых тучах, туманный смог. это ее стихия и в тех рассветах солнце не появляется на порог…

Сердца, как цветы, — их нельзя открыть силой, они должны раскрыться сами.

Она себя носит в режиме онлайн, нон-стоп.
Скрывает, что задыхается — дышит реже.

Он весь состоит из углов, он ей нервы режет, но не дает успокоиться пустотой.
Привычка справляться спасала ее не раз, спасет еще столько же, если поможет случай.
Им друг без друга, наверно, могло быть лучше, и тот, кто об этом задумался первый, — прав.

Но в жизни нет виноватых. Слова к нему ей криком, еще не рожденным, ломают ребра.

И он, понимая, становится тих и собран,
встает и, не глядя больше, идет во тьму.

Ужас! Планов на выходные еще нет, а желания уже настораживают… ;)

Оставайся простым — и станешь великим. Продвигайся не спеша — и прибудешь скоро. Отбрось суету и великое благо осуществится. Следуй глубинному пути и он будет быстро пройден.

Воспоминания — параллельный мир, в который мы окунаемся, под напором здешней реальности, для подзарядки от позитивной энергетики ушедших дней, людей, событий, всплывающих в тишине раздумий…

Я желаю тебе, послушай, ясных мыслей, живого сердца, И банальнейших до предела тёплых рук и прямых дорог, Я желаю тебе, послушай, столько радости, чтоб согреться От её золотого света, когда боль перейдёт порог.

Я желаю тебе, мой ясный, столько времени, чтобы сделать Всё, о чём так давно мечталось; столько времени, чтобы жить Так, как хочешь себе позволить; чтобы сила не оскудела. Я желаю тебе смиренья, чтобы вдруг не измучил быт.

Я желаю тебе свободы от своих же дрянных сомнений -Всё исполнится, всё свершится, только главное — не попасть В паутину бездумных действий и бессмысленных уточнений, Для чего, мол, всё это нужно — ты ведь сам себе царь и власть.

Я желаю тебе постигнуть мастерство поддержанья пауз; Отказаться от пустословья и в себе не лелеять злость. Я желаю тебе, послушай, я желаю, мой милый Фауст, Чтобы всё, к чему ты стремишься, оправдалось, пришло, сбылось

от меня не останется ничего,
лишь осенних дождей кружевная грусть,
на холодном песке вязь сплошных кругов,
нарисованных ветром, сменившим курс,
откровенностью меченные стихи,
обреченные кануть в забвенье лет,
неслучайно пропущенные звонки,
парабеллум заряженный на столе…

05. 05. 14.

Мы забудем про Север. В глазах его не хранят,
не лелеют, вошедший единожды под ребро.

Нет, не я тебе лгу — это время солжет меня, запретив говорить с тобой в паузах между строк.
Мы живые: всегда живее, кто носит боль, размотав невозможности встречи в тугую нить.
Это Север теперь мне мешает молчать с тобой. Это он не дает тебе правильно объяснить.

И слова — не слова: белый пар над амурским льдом, тишина ледяная, сковавшая два плеча.
Я одна тебе — дом, даже если дышу с трудом, даже если мне запретили тебя встречать.
Мы забудем про Север, мы вынем его из нас, будто нож: ты дыши — я услышу и я пойму.

Из разреза на коже льдины течет весна.

И, вдохнув, расправляет плечи свои Амур.

…А она улыбнётся молча ему в ответ, потому что спокоен дом и готов обед, потому что в его глазах сумасшедше тонет. Раз дорога судьбы впитала небесный свет, и сложились в пасьянсе дама, король, валет, — это значит, что мир живёт у него в ладонях.

Он не знает о том — он просто привык играть (все мужчины как дети!) -мыслей слепая рать марширует опять и опять по чужим дорогам. И любой бы устал придумывать до утра — как создать все эти завтра-сейчас-вчера, — для него одного это всё-таки слишком мног…
… показать весь текст …

summer

Эта была принадлежность чужой тоске, память о прежних /ушедших куда-то/ днях.
Ты забываешься с каждой /считай, ни с кем/, — график подобных свиданий включал меня.
Пара намёков на нежность, короткий тост… — да, дорогая, пожалуй, тебе пора;
Ты в этом доме, конечно, желанный гость /если вернешься, я буду не слишком рад/.

Да, дорогая, звони и пиши сама /пой дифирамбы, для этого ты сойдёшь/.
Завтрашний день укрывает такой туман, что обещания счастья звучат, как ложь;
Мир нестабилен, а врем…
… показать весь текст …