Муз… ты где?
Моя музыка стихла…
Двери заперты… шторы закрыты…
Тишина… Пустота…
Лишь на дне…
Тихо ёжатся рифмы…
От того, что душа холодна…
Муз… ты где?

Таблицу умноженья повторять
дано нам в арифметике любви…
Там пятью пять совсем не двадцать пять,
а девять там — не факт, что трижды три.

Там прочной суммой главное нам быть
из разных, не похожих пусть, слагаемых…
Бог дай, в той математике прожить
без, вырванных из сердца, вычитаемых!

Люди считают себя православными, а живут, как хотят, не считая обязательными для исполнения нормы, данные Богом. Появилось даже такое понятие — автономная нравственность. То есть существуют Божии законы — не убий, не укради, не прелюбодействуй, чти отца и мать, и одновременно каждый сейчас говорит: «Вот это, я считаю, можно делать, а вот это действительно нельзя». То есть каждый сам себе становится неким нравственным законодателем.

Это закваска сектантская, именно они берут отдельные положения, а остальное отбрасывают. «Вот с этим я согласен, а на остальное не будем обращать внимание, я не считаю, что это важно. Венчаться — это важно, исповедоваться — тоже можно, а вот ходить в Церковь, да еще постоянно… а зачем? Поститься — и вовсе лишнее». Людей, которые думают подобным образом, полно, и их избирательность объясняется просто: «Сей же род изгоняется только молитвою и постом» (Мф 17:21). Поэтому против молитвы и поста идет основная война.

Когда уходят внезапно
И очень рано
мы провожаем и продолжаем жить.

Они остаются с нами
На сердце раной
Меж нами тонкая, но живая нить.

Мы их догоним позже
По нам не будут
Плакать ровесники
Встретимся на краю

Мы их отмолим
… показать весь текст …

«Я тебя никому… никогда… ни за что не отдам» —
Говорил… только вспомнишь теперь ты об этом едва ли…
Равнодушно и холодно: «Вы обознались, мадам»…
И родные глаза… вдруг презреньем, как грязью, обдали.

Рассмеяться бы что ли… неловкость за шутку принять.
Мне так хочется верить: отречься не должен, не можешь…
Что за страшные игры со мной затеваешь опять?
…Поскорей бы уйти, чтоб не выдать предательской дрожи…

Обозналась… ну что ж… значит, стали чужими уже.
Значит, я в нашем мире одна до сих пор оставалась…
И сейчас ощущаю, как будто в толпе… в неглиже
Я — у всех на виду… И душа от стыда оборвалась…
… показать весь текст …

Опять цвет неба. Между синим и иссиня-чёрным на закате и между тёмно- синим и нежным фиолетово-розовым на восходе солнца. Сочный, насыщенный. Сейчас, зимой в городе, утром и вечером, его подчёркивает оранжевый свет фонарей. В голову приходят смешные фантазии--летающая тарелка с апельсиновыми огнями, на фоне фиолетового неба… Детство в некоторых местах неистребимо…
Лето.Евпатория.Огромные тёмно-фиолетовые спелые сливы. Очень вкусно. Опять эта дурацкая аллергия… Растерявшийся папа бежит за помощью…
… показать весь текст …

Светло-ореховый.Цвет глаз которые полжизни рядом. Он бывает золотистым и согревающим, а бывает злым противно-болотным…Такие же глаза у детей. Золотоглазые… Вспоминая Бредбери-марсиане, а если заглянуть в жёлтые глаза кошке-кошачьи детки. Она всегда прибегала, когда они звали"мама".Когда они жили в одной комнате-бедная зверюша разрывалась между диванчиком сына и двумя ярусами кровати дочек (Да!Залезала на «второй этаж»!)Когда в новой квартире каждый поселился в своей комнате, бедолага подрастеряла…
… показать весь текст …

Конечно же небо! Не в знойную жару, когда оно становиться белесым и слепящим, а просто в солнечный тёплый денёк, пусть даже с облачками- пушистиками, красующимися на его фоне.
Глаза… Не важно чьи… Необыкновеный голубой с доброй, улыбающейся искоркой. Тёплый цвет. Не спорьте- очень тёплый… Потому что цвет любимых глаз…
Море.На память остался великолепный слайд (ох, какая я древняя):я выхожу из воды, а за спиной нежно-голубые, с кружевной пенкой волны… Я с подружками. Мы уже взрослые, но на душе у нас ещё всё, как в тот спокойный денёк…

Цвет моих глаз. Иногда он яркий, сочный, иногда с золотисто жёлтыми крапинками, иногда болотный. Это зависит от настроения и окружения… Вру! От цвета одежды, помады и погоды на улице.
Лес.Зелёный, шумный, птичий. Детство в лесу с родителями, палаткой, походным столиком и примусом. Когда уезжала к друзьям на море, то как бы ни соблазнял шум прибоя, всегда начинала скучать именно по лесу, его необычным звукам, нежной зелени и прохладе…
Бананы.Почему ?В моём детстве только такие и были. Папа привоз…
… показать весь текст …

— «Я… не люблю… тебя»… —  сердце убито словом … Слоги — всего лишь шесть — а будто сошла лавина. И под тяжелым льдом — наша с тобой основа мертвою тишиной душу мою оглушила.

— «Я … не люблю… тебя»… — стало темно от боли… Прежде такой большой — мир умещаю в ладошку. Рана болит и жжёт, если присыпать солью. Только и эта боль — рядом с другой — понарошку.

— «Я… не люблю… тебя»… Нет ничего страшнее… Так же, любимый мой, вслух приговор произносят. Твёрдо и равнодушно… прошлого не жалея, будто траву сухую, в зиму… ненужную косят.

— «Я… не люблю… тебя»… С крыльев, что закрывали, прятали от невзгод, темнея, летели перья… Осенью поздней листья (не удержать ветвями), падают так на землю… осиротелой потерей…

Время, верю, залечит старые наши раны… Медленно, но бесследно лед с души моей стает. Слово «люблю» бальзамом омоет рубцы и шрамы… Знаю, белые крылья на месте былых отрастают…