Светлана Куряева

Розамунда Болтон впервые вдовой стала в шесть лет. Во второй раз она лишилась мужа, ещё не достигнув тринадцатилетия и по — прежнему оставаясь непорочной. Правда, о последнем обстоятельстве она втихомолку жалела, но мысль о том, чтобы обрести пусть и временную, но свободу после обязательного года траура, казалась более привлекательной, ибо она не была замужем всего лишь первые три года своей короткой жизни.

Возможно, будь ее родители живы, все получилось бы по-другому. И если бы ее брат Эдвард не пал жертвой той же эпидемии чумы, которая унесла ее отца и мать, все определенно получилось бы по-другому. Но они ушли на небо дождливым летом тысяча четыреста девяносто второго года, и когда их тела зарыли на церковном дворе, Розамунда Болтон неожиданно оказалась единственной наследницей Фрайарсгейта, обширного участка земли с бесчисленными отарами овец и стадами коров. Тогда ей не было и трех лет.

Каждый миг на качелях — это танец радости, летящий в воздухе, как птицы, мечтающие о свободе. Смех детей, раскатывающийся в унисон с легкими покачиваниями, приносит умиротворение в этот уголок природы, где времена года сменяют друг друга, а качели остаются вечно, символизируя непрерывный круг жизни.

Мой друг, тебя я не забуду,
Как вместе были мы близки.
Мои мечты они разбиты,
И сердце ноет от тоски.

Твои слова, как птицы в небе,
Летят вдаль, уносясь в штиль,
Остался только холод в сердце,
И эхо вечной пустоты.

Вспоминаю дни, когда смеялись,
Когда мечтали о чудесах.
Теперь же лишь тени остались,
Как грустный след в моих стихах.

Первый учитель, крючочки и точки,
Быстро забыта игра в мамы-дочки,
Первые книги, тетради, оценки,
Сладкие булочки на переменке…

Школа, класс пятый, так много предметов.
Все отдохнули за тёплое лето.
Пишем в дневник имена педагогов,
Их мы запомним на долгие годы.

Мы повзрослели и класс наш десятый
Ставит в пример первоклашкам вожатый.
Света Борисовна, классная дама,
Стала для нас, словно мудрая мама.
… показать весь текст …

Мне осенью с тобой тепло,
Пусть холодный ветер бьётся в окна,
Но в наших душах так светло,
И света яркого полно.
С тобою я не одинока.
Спешу навстречу, где ты ждёшь,
Среди тревог, смятений дней,
Ловлю я теплый, яркий свет,
Твоих оков, твоих очей.

Верни мне юность, загублённую тобою,
Верни те светлые дни, когда мечтала я о чуде.
Ты все забрал и смех и счастье, и умываюсь я слезами.
Верни ту свежесть утренней росы,
Верни ту искренность, с которой я любила.
Верни мне радость, что ты задушил.
Верни мне все, коль не любил.

Бродила осень пьяною походкой,
По скверу, но была весьма печальна.
Денёк промокший, скверная погодка,
Одежды рвет с деревьев театрально.

Деревья дрожь свою едва сдержали,
А ветер смех свой прятал за ветвями.
Они туманной дымкою дышали,
И зябкость поселилась меж домами.

Из тучи поливает, как из лейки,
От летних дней остались лишь обрывки.
Не может быть, чтоб не найти лазейки,
Для золотой, пленительной улыбки.
… показать весь текст …

На улице ярко светило солнце, и весенний ветерок легко колыхал траву. Собака по имени Рокки с радостным лаем бегал по парку, его хвост весело вилял, словно флаг праздника. Каждый встречный человек, проходя мимо, не мог устоять перед обаянием этого жизнерадостного существа. Его глаза светились счастьем, и он, казалось, был готов завести дружбу с каждым.

На мгновение Рокки остановился, зарывшись носом в землю, и тут же выскочил с найденным мячиком, как будто это было величайшее сокровище. Он ждал, когда его лучший друг, маленький мальчик по имени Тим, подбежит к нему. Расхаживая по лужайке с улыбкой на лице, Тим бросал мяч, и Рокки, словно стрелка, мчался за ним, с каждым шагом распевая свою песенку радости.

Каждое движение этой собаки и ее дружбы с мальчиком создавало вокруг атмосферу беззаботности и счастья. В тот момент, никто не мог бы поспорить, что жизнь полна чудес, а простые моменты истинно ценны.

Осенний вечер окутал город своими туманными тенями, а дождь, как нежная завеса, медленно окутывал улицы. Листья, уставшие от зноя лета, нежно падали на землю, обмениваясь последними шепотами с ветром. В этот миг их встреча была как поцелуй — легкий и волшебный.

Она стояла под зонтом, раскрыв книгу, хотя ни слова не читала. Внимание было приковано к мокрым тротуарам, где отражалась уличная лампа, словно сердце, бьющееся в ритме дождя. И вдруг он появился — улыбка, которая, казалось, могла растопить даже самые холодные капли.

Он шагнул к ней, и между ними возникло притяжение, как магнит, влекущее их навстречу. Время остановилось, и мир вокруг исчез — остались только они, дождь и запах влажной земли. Они обменялись взглядами, полными надежды и ожидания.

Ненавязчивая мелодия дождя стала их тихим свидетелем. В этот момент ни одно слово не нужно было произнести. Просто это был — осенний поцелуй, остужающий пламя в мире, и в то же время разжигающий огонь в их сердцах.