Юрий Татаркин

Особо радоваться нечему даже тем, у кого нервы, как канаты. Потому что острый ножик стресса любой канат перерезает в мгновение ока.

Когда нечего жрать — верность зачерствевшим идеалам вполне заменяет ржаной сухарь.

Если слишком долго хранить верность идеалам, то верность может оказаться просроченной. А идеалы так вообще из-за ветхости могут рассыпаться в труху.

То что сердцу не прикажешь — это ещё ладно. Но ведь сердце и не упросишь, и не подкупишь. Никак с этим сердцем договориться нельзя.

Можно и так. Сначала найти своё место в тени и дождаться, пока до выбранного тобой места ни дотянется солнце. Но если солнце доберётся только вечером — на закате жизни, то особо погреться не успеешь.

Внешне очень был похож на дурака, при ближайшем знакомстве полностью соответствовал своей наружности, тем самым давал повод людям погордиться своей прозорливостью и проницательностью.

Дураки бывают безобидные и обидные.

Если слишком часто прикидываться дураком, то к прикиду так привыкнешь, что не захочешь его снять.

Счастье, которого достиг, подобно снежку в кулаке — моментально тает.

За счастьем постоянно гоняются все, кому ни лень. Счастье уже вспотело, устало, дышит тяжело, с хрипами. Но сдаваться не собирается.