Я в жизни не боролась за мужчин. Зачем?! Ведь это в принципе не верно По ряду обстоятельств и причин, А главное — бессмысленно, наверно. Не знаю… то ли гордою была, И это действо мне всегда претило… А может, свои нервы берегла И молча, без скандалов, уходила. Войны не объявляла никогда Соперницам и не стращала карой: Я просто уходила… навсегда… Такой мужчина мне не нужен даром! Бороться и кричать «я не отдам!», Потом всю жизнь терпеть и унижаться… Не верить ни глазам и ни словам, И ежедневно за …
… показать весь текст …

Есть такие слова, они слетают с нашего языка, словно острые ядовитые стрелы. Ими можно ранить больно-больно, а можно даже и убить. Чем ближе мы человеку, тем ему больнее. Чем сильнее он нас любит, тем глубже вонзается стрела прямо в его открытое для нас сердце. И никакие слова прощения не могут потом восстановить ту связь, которая была между вами раньше. Словно рвется что-то такое очень тонкое, но важное. И хотя человек любить продолжает, как раньше уже не будет.

Октябрь здесь: в кольце прохладных рук, в разбеге улиц, в тайнах троп кленовых…
Ты спрашиваешь, что такое «друг»? Что для меня венчает это слово сейчас, когда мы в возрасте потерь, и в каждом близком ощущаем солнце?
Октябрь здесь. Возьми его, примерь, он синеглаз и мудр, звенит и льётся. Октябрь здесь, он рвется изнутри, ему, как счастью, в межреберье тесно. Когда ты выжат, выстужен, охрип, то друг, не дрогнув, продолжает песню. И можно слушать, нажимать repeat, и ощущать на вдохе: отболело. Ко…
… показать весь текст …

В пурпур облачились клёны,
Заменив свой фрак зелёный
На кафтан шикарный с лоском,
Чтоб понравиться берёзкам.

Ведь осеннею порою
Можно щеголять листвою.
Время славное настало
Для торжественного бала.

Дождь на пАру с сильным ветром
Музыку играют ретро,
Приглашая в вальсе нежном
Закружиться безмятежно.
… показать весь текст …

А он пришёл, как будто всё как было, плескался в море, только без меня. И улыбался, ласково и мило и бархат ночи утро серебрило, и вновь румянилась, как барышня заря. И грозы мыли листья и в надежде, вдыхали лета сладкий аромат и были звезды ярче во сто крат, но грусть уже прокралась в тихий сад, меняя его прежние одежды. Прохлада завершала ночи бег, туманом расстилали зори влагу и где-то на окраине, оврагом,
тихонько крался, невесомым шагом, сентябрь бродяга, оставляя жёлтый след…

Ну вот и всё.
Солнышко спряталось за серыми тучами.
Ветер, словно дирижёр, взмахнул своей палочкой и листопад отшуршал свой последний концерт.
Крупные капли дождя, как барабанная дробь — грянули по карнизу.
Брызнул аплодисментами дождь, то затихая, то начинаясь с новой силой.
«Инаугурация» осени прошла успешно.
Осень вступила в свои права.

Европейцы научили индейцев приносить им скальпы других индейцев за деньги.
И были сильно удивлены, когда индейцы решили снимать скальпы с бледнолицых.

У каждого есть своя «Стена плача»,
Где пишем и молим от Бога добра,
и просим порой, чтоб вернул он удачу,
когда от реалий кругом голова.
Но самое главное в каждой молитве,
где просим мы Бога здоровья родным.
с надеждой и верой, любви мы открыты,
у этой стены с Богом мы говорим.

Иногда устаёшь говорить. Просто нет сил ни с кем обмениваться словами, ни одно из которых не помогает твоему сердцу, а наоборот — перегружает его.

Иногда хочется быть очень тихо, почти неслышно, так, чтобы твоё присутствие никому было не в тягость, а отсутствие незаметным. Стать воздухом или первым весенним лучом, раствориться в пении птиц и журчании ручейков. Ни о ком не плакать, и чтобы о тебе тоже никто не страдал.

Иногда хочется просто жить, пить дни медленными глотками и чувствовать, как в груди замирает от каждого удара сердце. Всех отпустить, простить, оставив в себе только хорошее, нежное, важное.

Иногда слова только всё путают…

Не печалься о том, что отдал свою любовь тому, кто ею пренебрёг. Не жалей о растраченной впустую нежности, и пусть она кому-то предназначалась, но так и не пригодилась.

Не бывает ненужной любви. Даже, если твои чувства отвергли, знай — с нами останется только то, по чему нам пришлось пройтись голыми ступнями, раня их до крови, и лишь то, что прошило наше сердце насквозь, возьмём мы в вечные воспоминания.

То, что мы оторвали от себя вместе с целым куском Души, с чем пришлось расстаться, и то, из-за чего так горько плакали — навеки будет наше. Чем больше отдал себя тому, кто от тебя отказался, тем больше и унесёшь с собой.