Поликсения

Симфонический оркестр полный. Мы здесь себя показали с профточки зрения. За нашими плечами есть эта победа, и есть желание, чтобы зритель это увидел собственными глазами и ушами. Ждём первого октября в Кремлёвском дворце. Слава богу, мои поклонники нормально относятся к QR-коду. Мы продолжаем готовиться. Ведь речь о гигантском шоу. Всегда у нас есть сценарий, концепция. Но здесь будет очень много музыки, песни будут звучать совершенно по-новому. Есть ещё несколько секретиков, но не хочу их раскрывать: они чересчур крутые.

Врачи говорят: «Она приближается к шторму». А я думаю: что за шторм, я погибну в нём? Ты лежишь в забытьи, не знаешь, какое время суток. И когда на тебя надевают маску, переливают плазму-ты не понимаешь, что это. Я не представляю, что переживают люди, у которых ещё более массивное поражение лёгких. Страшна не столько болезнь, сколько последствия. Постковидный синдром. Вроде лёгкие раздышались, вокал вернулся.

И с большим трудом я нашла девушку-молодого архитектора, у неё талант, было видно, что она любит это направление. Я её подрастила. Сначала дала ей сделать мою студию, потом-квартиру сыну в «Сити». И только после этого я её завела в этот дом. Мы строились пять лет, для неё это был тяжёлый проект. Но она получила большую школу. Но самую большую школу получил мой супруг. Поначалу он был против, но сейчас моя кухня-то его гордость, всех гостей ведёт сначала туда.

В Европе это традиция, люди при встрече улыбаются, я сам веду себя так же. Но это странно смотрится, например, в Тюмени. Это наша русская партизанская подозрительность: «Эх, сучара, улыбаешься, паскудник?»

К пиратству отношусь плохо, но музыка, которая в Интернете, как-то спокойно к ней. Ну, что с интернета кто-то скачивает, пользуется в пределах личного пользования: не спорю, что мне деньги нужны, но есть моменты, на которых я не могу наживаться и говорю: «Вышел лицензионный диск». Если им он в кайф, они скажут: «Респект». Они пойдут, купят, а если нет-значит нет. Мне кажется, может это глупо, но честно, по крайней мере.

Просто бывает, что к нам приходит божественное вдохновение любви, и мы забиваем на дела, на все. Но потом это благостное время, оно святое и им надо наслаждаться, но когда оно проходит, все равно приходит быт, работа, дела.

Что ни говори они и правда не пара, но это их не парит и это их право.

Это вынужденная мера, но она принесла плоды. Как только я похудела, получила три образования, стала более грамотно подходить к своему здоровью, внешнему виду, тогда люди меня заметили, какой я интересный, волевой человек, «значит, можно от неё чего-то ещё ждать». И люди начали тянуться ко мне, признаваться в любви. И мой бизнес пошёл вперёд. Когда семья разрослась, я поняла: чем увереннее и сильнее ты себя чувствуешь, чем выше ты, тем больше ты можешь помочь людям. Ты можешь вылечить их в хорошей больнице, оказать им такие услуги, которые они не могут позволить себе. Качество и скорость помощи меняются, но нужно держать баланс и работать над собой, иначе всё то, что тебе дано генетически, возвращается. Если нарушу баланс-то стану либо конченым эгоистом, либо опять скачусь в свою добрую «неваляшку».

Тогда я и познакомилась с алкоголем. Мой организм не привык к такого рода испытаниям, и я дважды в таком состоянии побывала в реанимации. Там за одну ночь я увидела, как умирают люди. Из всех, кто был со мной в палате, никто не дожил до утра. Кроме меня…

Я не сплю в субботу и не как ты подумал, сегодня не туса. И не то, что работа, работу в субботу работает бармен и мусор.